— Ну с хорошим учителем...
— Кроме того, само построение фраз. — Кроуль, казалось, не слышит никого кроме себя. — Видите ли, для того чтобы говорить как настоящая англичанка, вы должны думать как настоящая леди.
«Чтоб тебе всю жизнь под дождем без зонта ходить! — разозлилась Даша. — Тоже мне, леди йоркширского уезда».
— Значит, быть леди мне не суждено?
— Не понимаю, отчего вы так расстраиваетесь? Остальные вас понимают, и слава богу.
Даша провела рукой по лбу.
Неизвестно, есть ли в Кроуль русская кровь или нет, но одно было очевидно. Та женщина, в пещере, была полна эмоций, глубинных переживаний, в сухопарой мисс эмоций было не больше, чем у рояля без клавиш.
— Ладно, не буду вам мешать. — Она встала. — И спасибо за совет.
У англичанки был такой вид, что к ней и вовсе никто не подходил.
Синьору Клоди она нашла весело хохочущей в баре. В компании с Полетаевым. Заметив Дашу, полковник посерьезнел и, извинившись перед собеседницей, поспешил навстречу.
— А, вот ты где! — он с ходу ухватил ее за талию. — Уже отчаялся тебе разыскать.
— Ты меня искал?
— Да, конечно.
— Здесь, среди бутылок?
— Да ладно тебе кукситься. Как здоровье, настроение?
— Так себе, — она вздохнула.
— А я отдыхаю! Здесь отличные трассы.
— Угу. Приятно слышать.
— Сержио! — послышался распевный призыв.
Полетаев обернулся к бару и послал воздушный поцелуй.
— И ты напрасно оставляешь меня без присмотра, — промурлыкал он, — местные дамы такие темпераментные, такие откровенные...
— Наверное оттого, что именно за этим они сюда и приехали, — раздраженно бросила Даша. — Ив тебе видят лишь объект временной страсти. Так что не шибко обольщайся на этот счет.
— Что ты имеешь в виду?
— У этого отеля такой профиль! — прошипела Даша. — Чего непонятного?
— Не понял, какой профиль?
— Эротический.
— Какой кошмар, — загробным голосом произнес полковник. — И что, они все... — он покрутил кистью, — вот прямо здесь и...
— Да все. И прямо здесь.
Полетаев выглядел озадаченным.
— Но почему ты мне не позвонила?
— Зачем? — не поняла Даша.
— Ну если тебе вдруг стало невмоготу... Ну ты сама понимаешь....
— Ничего я не понимаю! И ты брось эти свои гнусные намеки. Повторяю, я оказалась здесь совершенно случайно.
Полетаев понимающе покивал головой.
— Другой бы не поверил. Но ты действительно единственный человек, который может попасть в бордель по ошибке. Слушай, а может, воспользуемся обстановкой?
— Да иди ты... Кстати, — она посмотрела на скучающую итальянку, — а ты уже со всеми дамами познакомился?
— В каком смысле?
— Да хоть в каком. Ну поговорил, пообщался, так сказать.
— Ты имеешь в виду...
— Я имею в виду все вместе.
— Не знаю, — Полетаев пытался понять, зачем ей это понадобилось. — С кем мог, с тем пообщался.
— Тебе не показалось, что среди них есть русские?
— Русские? — Он чуть отстранился. — Сомневаюсь. А что, должны быть?
— Просто странно. Гостиница в Альпах — и без русских. — Даша решила пока не рассказывать о своем открытии.
— Хм. Не знаю, не знаю... Нас, конечно, много, но не настолько же, чтобы заполнить все гостиницы мира.
— Настолько, настолько. Моя подруга, когда выходила замуж, потребовала, чтобы медовый месяц они справляли там, где нет ни одного русского.
— И что?
— А то. Новобрачный перебрал с сотню мест и купил путевку на какой-то практически необитаемый остров. Там находился всего один отель, даже персонал проживал на другом острове.
Полетаев слушал очень внимательно.
— Они приехали в конце января, там, кроме них, находилась всего одна пара — американцы. Так вот, садятся они завтракать, подруга взмахивает руками и восклицает: какое счастье, нас здесь всего двое. А из-за соседнего стола такой извиняющийся голосок: простите, женщина, но нас уже четверо. Оказались наши.
Раздался смех. Полковник притянул ее за плечи.
— Ах ты маленькая, рыжая русофобка. Тебе надо почаще приезжать в Москву. Там как раз все плачутся, что русских в городе становится все меньше. Но в одном ты права, — он посмотрел теперь уже серьезно. — Редко, где наших не встретишь. И в этом отеле двое тоже уже проживают.
— Кто? — Даша похолодела.
— Кто? Да мы с тобой.
— А... — она так устала разочаровываться, что даже досады не испытала.
В холле появились Мюльке и Пикше.
— Вот вы где. — Немка задержала оценивающий взгляд на бедрах полковника. Они явно не Давали ей покоя. — Не хотите прогуляться?
— Только не я! — Даша вскинула руки. — Мне еще текст для новогоднего вечера писать.
— Придется поддержать. — Полетаев переместил руку с плеча на талию. Он догадывался, что в присутствии посторонних Даша не станет вырываться.
— Ну ладно, — Мюльке смерила их насмешливым взглядом. — Только об одном прошу. Про тексты все же не забудьте.
И, подтолкнув в бок таращившую круглые глаза подругу, направилась к бару.
— Как она тебе? — Даша кивнула на удаляющуюся немку.
— Катарина? — Тот ухмыльнулся. — Ничего себе тетка.
— В каком смысле?
— Тебе еще рано знать. А ты ревнуешь?
— Вот еще. Просто как-то на немку она не похожа, — пустила Даша пробный шар.
