— Я представил, как ты побежишь к нему и какая у него при этом будет рожа. Он уже достал меня своими намеками. Подумал, пусть немного понервничает.
— Значит, ты не хотел, чтобы он умер?
— Да мне плевать на него.
Бледные губы бессильно подрагивали — он не знал, о чем еще говорить.
— А если я расскажу ему об этом?
Вместо ответа Гонсалес протянул свой мобильный телефон.
— На, звони.
— А если он тебя арестует?
Русскоязычный испанец разразился смехом.
— Арестует? За что? Ты что, и вправду ненормальная? Все вы бабы — дуры. Разговариваете с тенями в надежде, что вас кто-то трахнет. Инспектор, конечно, тоже придурок, но не настолько же...
Неожиданно Даша заводила носом.
— Чем это пахнет?
— Чего?
— От тебя чем-то пахнет.
— Туалетной водой.
Действительно, испанец благоухал дорогим ароматом, сквозь который, впрочем, пробивался еще один запах. Тот самый, сладковатый.
— Нет, еще чем-то.
— Слушай, отвали.
С этими словами Гонсалес зашел в свой номер, громко хлопнув дверью.
Даша стояла, словно каменная. Ей безумно хотелось кого-нибудь ударить, но под рукой, кроме собственной головы, ничего не было. Она перевела взгляд на дверь соседнего с испанцем номера. Здесь жила Бредли. Теперь здесь жил Полетаев. Как бы он обрадовался, довелись ему поприсутствовать!
Словно побитая собака, спускалась она по лестнице. Единственным желанием было укрыться в номере, никого не встретив по дороге. К сожалению, в этом отеле без благословения Горной Девы не исполнялись даже самые невинные желания: возле номера дежурил Полетаев.
— Наконец-то! Где ты бродишь? Все тебя только что видели, но никто не может сказать, где конкретно. Я уже было подумал...
— Если бы ты только мог представить, насколько мне безразлично, о чем ты подумал, — Даша попыталась отпихнуть его от замочной скважины. — Что тебе понадобилось — соль, спички?
— Что за представления ты разыгрываешь?
— Какие еще представления. — Замок она уже открыла, но заходить медлила, опасаясь, что следом просочится и полковник.
— Нет желания рассказать правду?
— Понятия не имею, о чем ты. И вообще, я собираюсь спать...
— Ладно, хватит! — полковник раздраженно махнул рукой. — Спать она собирается. Рассказывай это кому-нибудь другому.
— Чего ты хочешь? — Даша тоже начала злиться.
— Мне интересно, ты когда-нибудь успокоишься? Что на этот раз?
— Говорю тебе, ничего...
— А что за история с площадной бранью в ресторане?
— Просто захотелось пошутить.
— Пошутить? Над кем? — Он постучал себя пальцем по лбу. — Даша, нормальные люди обычно шутят тогда, когда хотя бы один человек может понять. К тому же, смешным это вовсе не было. Так, что случилось?
— Ничего. Просто...
— Что просто?
Даша чувствовала себя разбитой в прямом и переносном смыслах. Полковник прав, она всегда ищет второй смысл, там, где и первого-то нет.
— Ну, что случилось?
— Ничего особенного. Просто один идиот решил меня разыграть, и в результате я, как дура, перевернула всю гостиницу в поисках русской постоялицы.
Слова про идиота Полетаев пропустил мимо ушей, его больше заинтересовала вторая половина фразы.
— В поисках русской постоялицы? С чего ты решила, что она здесь есть? — Жесты стали плавнее, голос не так отрывист.
— Я случайно услышала русскую речь.
Можно было голову дать на отсечение, что Полетаев порывался спросить что-то важное, но, сделав над собой усилие, он лишь потрепал ее по плечу и весело осведомился:
— Да чего ж ты неугомонная. Кстати, кто, говоришь, тебя разыграл?
— Гонсалес, — ответила Даша быстрее, чем успела подумать.
— Гонсалес? — полковник настороженно замолчал. — Странно... Мне отчего-то казалось, что с дамами он не шутит.
— Это с джентльменами он не шутит, — буркнула Даша.
— И как же он тебя разыграл?
— А, ерунда...
— Ну, ладно, расскажи. Обещаю — смеяться не буду.
— Угу.
— Честно!
— Все из-за этой дурацкой пещеры, — она вздохнула. — Ты же знаешь, какая я впечатлительная.
— Так что случилось, впечатлительная?
— Случайно... — Слово «случайно» она выделила. — Зайдя в пещеру, я услышала женский голос, который на хорошем русском просил убить инспектора.
На лице полковника появилось странное выражение — он словно боялся узнать, что было дальше.
— И... что?
— Так вот, этим человеком оказался Гонсалес.
— Подожди, ты же говорила, что просила женщина.
— Тоже мне ошибка, — сморщилась Даша. — Попробуй, отличи его от женщины. Особенно ночью.
— Разве он русский?
— Представь себе.
Полетаев озадаченно чесал затылок.
— Ерунда какая-то... И как он объяснил, зачем ему это понадобилось?
— Якобы он видел, как я зашла в пещеру, и решил надо мной подшутить.
— Я смотрю, гостиница прямо-таки набита шутниками, — сказал полковник, явно о чем-то размышляя. — Так, значит, ты больше никого не ищешь?
— Нет. В том числе и убийцу Бредли. Никто ее не убивал — она сама свалилась, когда лезла в пещеру, — говоря это, Даша просто ненавидела себя. — Хочешь, смейся надо мной, хочешь...
— Зачем же я буду смеяться, когда ты говоришь вполне разумные вещи. — Полковник ласково потрепал рыжие вихры. — Откровенно говоря, этого вывода я и ожидал. Вот теперь я вижу, что ты становишься серьезным человеком.
