Времени было в обрез, но все же какой никакой, а шанс. Если Гонсалес нечист на руку, то сейчас наверняка попытается с кем-нибудь связаться. Раскрыв окно, Даша села на подоконник и попыталась максимально приблизиться к окну соседнего номера. Мелькавшая тень говорила о том, что испанец там чем-то занят. Послышалось странное жужжание. Что это могло быть? Тень на какое-то мгновение замерла. Жужжание стихло. Держась рукой за раму, Даша встала на подоконник ногами. Если попытаться стоять на одной ноге, то, возможно, ей удастся заглянуть в окно пастора краешком глаза. Лишь бы занавески не были задернуты. Ботинок нащупывал хоть какую-то опору, замерзшая рука шарила по обледеневшей стене, от напряжения Даша вся взмокла, и уже собиралась было отказаться от своей затеи, как нога дрогнула, ногти в последний раз попытались впиться в кирпич, и с пронзительным визгом она полетела вниз.
Странно, но больно ей не было. Едва придя в себя, окостеневшая от ужаса женщина попыталась пошевелиться. Ей это не удалось.
«Я сломала позвоночник и теперь меня парализовало».
Вот почему она не чувствует боли и вот почему не может двигаться. Где-то наверху распахнулось окно.
— Как же нужно напиться, чтобы так кричать, — глубокомысленно заметил кто-то по-немецки, и снова все стихло.
Даша закрыла глаза. Горячие слезы текли по ее щекам. Как глупо закончилась жизнь. Теперь она инвалид.
Перед угасающим взором проносилось прошлое. Почему она не ценила то, что у нее было? Почему не послушалась Полетаева и не вышла за него замуж? Сейчас бы они сидели на кухне, пили кофе и обсуждали бы какой-нибудь дурацкий фильм... Зачем ей понадобилось ехать в Альпы? Неужели нельзя было найти жениха в Праге, Москве, в трамвае или где там их находят...
Она плакала уже навзрыд, жизнь казалось такой жестокой и несправедливой.
Неожиданно она почувствовала, как все тело начинает сковывать холод. Слезы высохли. Странно. Если она парализована, то почему ей холодно? Она еще раз попробовала пошевелиться. Шевелиться она не могла, но тело вдруг отозвалось болью и стало еще холоднее. Раскрыв глаза, упавшая огляделась. Странно, что она вообще не видит своего тела. Не могло же оно полностью отвалиться! А что, если удар был настолько силен, что голова оторвалась? От этой мысли ей стало совсем плохо. Плачущая на снегу голова — боже, какой ужас!
Но почему тогда болит тело? Как она может ощущать тело, которого нет?
Сзади послышался чей-то истошный крик. Кричала женщина так громко и пронзительно, что даже боль отошла на второй план. К сожалению, Даша не могла повернуть голову, чтобы посмотреть, что там произошло. Согласитесь, трудно вращать головой, у которой даже шеи нет.
Сразу же послышались еще голоса, кто-то бежал по снегу, он так сильно хрустел, что, казалось, находится прямо в ушах.
— Святая мадонна, посмотрите, здесь голова!
— Вы видите? Надо немедленно вызвать полицию! Здесь произошло убийство!
«Они нашли мою голову, — меланхолично подумала Даша. И сразу же пришла следующая мысль: — Это хорошо».
Перед глазами возник человек. Он осторожно дотронулся до ее щеки.
— Вы живы?
— Не знаю, — грустно ответила Даша. — Вам виднее.
Человек начал разгребать снег перед ее лицом. И чем дольше он копал, тем удивленнее становилось его лицо.
— Матерь Божья, кто вас закопал?
— Закопал?
— Как вы оказались в этом сугробе?
— Сугробе?
Понемногу до измученной женщины стало доходить. Она упала с третьего этажа и угодила в огромный сугроб — сюда сгребали снег с дороги вокруг отеля.
А человек махал кому-то руками и смеялся во все горло.
— Идите сюда, здесь все в порядке... Вы хоть понимаете, что могли замерзнуть насмерть?
Плечами уже можно было шевелить. Даша принялась яростно выкарабкиваться из снежного плена.
— Это произошло случайно, — бормотала она, стуча зубами. — Я хотела выглянуть в окно и упала...
— Так вы выпали из окна?!
— Да.
— Пождите, надо немедленно вызвать врача.
Даша уже вращала руками и ногами. Тело немного побаливало, но, судя по всему, все кости были целы.
— Думаю, в этом нет необходимости. — От холода ее буквально колотило. — Мне просто надо немедленно принять горячую ванну. — Хромая на обе ноги, она бросилась бежать в гостиницу, даже не поблагодарив своего спасителя.
В холле ее появление вызвало ошеломляющую реакцию. Мужчины вскочили со своих мест, из женщин кто-то взвизгнул, а Жан-Жак продолжал лить пиво в переполненный бокал. Даша была уверена, что ей удастся проскочить незамеченной, и потому такая реакция ее немного смутила.
Она попыталась улыбнуться.
— Чему вы так удивлены?
Никто не ответил, а ее взгляд уперся в огромное зеркало на боковой стене холла. Странно, что ни у кого не случилось сердечного приступа. Одежда была в нескольких местах разорвана, забита снегом, волосы стояли дыбом, в них тоже сверкал снег, а с кончиков пальцев капала кровь. Даша медленно подняла руки и посмотрела на обломанные до мяса ногти. Снова раздались крики, на этот раз уже и мужские.
Даша смотрела на свое отражение. Теперь она напоминала вурдалака, только что растерзавшего свою жертву и выискивающую новую.
