Джози злилась на себя за то, что дала себя поймать у дома Дирка Спенсера. Шефу это никак не объяснишь. Поэтому она солгала:
— Ладно. После окончания расследования дам тебе эксклюзивное интервью по поводу избыточного применения силы. Но сегодня на камеру разговора не будет. Я просто расскажу тебе, что было утром, а ты забудешь, что видела меня здесь.
В глазах у Тринити мелькнула легчайшая тень удовлетворения.
— Договорились.
Избегая подробностей и придерживаясь голых фактов, Джози рассказала лишь о виденном этим утром — но не более. Про себя она решила, что простой рассказ о том, что и без нее видели с полдюжины посетителей заправки, вряд ли породит проблемы. Оставив Тринити дуться, Джози села в машину и поехала под гору, все еще браня себя за то, что угодила в лапы репортерши. А уж как она разозлится, когда поймет, что Джози вовсе не собирается давать ей эксклюзивное интервью о расследовании по выдвинутым против нее обвинениям, да и вообще не планирует разговоров на эту тему.
У поворота к дому Коулманов она притормозила и свернула налево, на подъездную дорожку. На полпути к дому был припаркован полицейский автомобиль дейтонского участка. В автомобиле, запрокинув голову и закрыв глаза, дремал патрульный Ной Фрайли. Джози припарковалась сразу за ним и вылезла — поясница запротестовала, а ноги заныли, вновь принимая на себя ее вес. Подойдя ближе, она услышала похрапывание Ноя.
Сунувшись в окно машины, Джози заметила трепещущую на ветру черно-желтую полицейскую ленту, которая тянулась от дерева к дереву. Значит, Ной охраняет место преступления. Джози легко потрясла его за плечо, и он, вздрогнув, проснулся в полном замешательстве. Осознав ее присутствие, он залился краской.
— Джоз… то есть детектив Квинн, — запинаясь, пробормотал он, — ты что тут делаешь?
Будучи сконфужен тем, что его поймали спящим на дежурстве, он говорил очень быстро, глотая слова. Джози улыбнулась ему, и он покраснел еще сильней. Бедняга Ной давно уже неровно дышал к Джози. С виду не урод, но увидеть в нем нечто большее она была не в силах. Стержня в парне не было, вот что. Копу нужна какая-никакая уверенность в себе. Хоть бы даже напускная. А у Ноя ее не было, и потому ему вечно доставались задания такого вот рода — целыми днями сидеть в машине и следить, чтобы никто не входил в лес.
— Место преступления здесь? — спросила Джози.
Он покосился на черно-желтую ленту между деревьев на повороте дороги и снова посмотрел на Джози. На его лице она прочла колебание.
— Э-э, да, только это там, в лесу.
Деревья росли плотно, почти непроходимой чащей; насколько могла видеть Джози, троп между ними не было.
— Прямо в лесу? Далеко от дороги?
Ной пожал плечами:
— Не знаю. Надо немного вернуться.
Опершись руками о край окна, Джози нагнулась к нему:
— Не возражаешь, если я взгляну?
— Я… э-э… ты же знаешь, это нельзя, мне запрещено, я не могу…
— Ной, — заговорщицким тоном сказала она, — я опытный следователь. Я ничего не трону.
— Но шеф распорядился никого не пускать, кроме…
— Криминалисты здесь уже отработали, так ведь?
— Ну, да, но все равно мне велено записывать в журнал всех, кто входит и выходит, — сказал он.
— Меня можешь не записывать. Как будто меня тут вообще не было.
— Но ведь журнал для того и нужен, чтобы знать, кто был и когда.
Джози решила зайти с другой стороны.
— Я старше вас по званию, офицер Фрайли.
Он неловко заерзал и отвел взгляд.
— Но вы же… вы… отстранены.
— Ты что, думаешь, шеф меня в ближайшее время не восстановит? Я же знаю, что вы уже с ног валитесь. Гоняет он вас без сна и отдыха, так?
Ной кивнул. И тяжело вздохнул.
— Кошмар какой-то, — пожаловался он.
— А теперь еще эта перестрелка… — добавила Джози.
Он снова посмотрел ей в глаза.
— Я, э-э, слышал, что ты там была. Да, рад, что с тобой все хорошо.
— Я тоже рада, — сказала она. Теперь она стояла так близко, что чувствовала терпкий запах застарелого пота. Этот парень не мылся и не менял одежду уже дня три, не меньше.
Она предприняла очередную попытку:
— Ной, шеф вызовет меня с минуты на минуту. Так Рэй сказал. Поэтому мне надо быть в курсе. Не говори никому, что я была здесь, а я не скажу, что ты уснул на посту.
Он прикрыл глаза; на его лице смятение боролось со стыдом.
— Только быстрей, ладно?
Она похлопала его по плечу и побежала-похромала в сторону леса, пока Ной не передумал.
— Машину убери! — крикнул он ей вслед.
