В груди поднялась паника, сердце затрепыхалось, застучало лихорадочно и торопливо. Все свои сбережения она потратила на дом и теперь жила от зарплаты до зарплаты. Была еще пара кредиток, но сколько проживешь по кредиткам? Да и коммунальные счета с кредитки не оплатишь.
— Я не говорила с Тринити Пейн о Роквью. Что за чушь!
— Так ты не смотрела новости за последние сутки?
— Не смотрела. Что она там наговорила, Рэй? Что я ей, по ее словам, рассказала?
Он вздохнул.
— Я пришлю тебе ссылку на выпуск новостей.
— Скажи так.
— Она сказала, что ты подтвердила: Спенсер убила Шерри Госнелл вилкой, и было много крови.
Бух, бух, билось сердце. Бух-бух-бух-бух.
— Господи, Рэй, иди к шефу! Скажи ему, что я ничего такого не говорила. Ну, про кровь сказала, но про вилку — ни слова, и ничего не подтверждала. Прямо ничего не говорила. И записей у нее нет.
— Да зачем ты вообще говорила с Тринити Пейн?
— Я не… ну, не то чтобы говорила. Она явилась ко мне домой. Она меня преследует с самого отстранения. Лезла с расспросами про Роквью, но я ей ничего не сказала, Рэй, честно!
— Послушай, я могу одолжить тебе денег…
— Не нужны мне деньги! — рявкнула она. — Мне моя работа нужна! Как он мог? Даже ничего не сказал! А меня он выслушал? Нет, я еду к вам. Буду через два часа.
— Не надо, Джо.
— Он от меня так легко не отделается!
— Он велел тебе не высовываться, и чуть ли не на следующий день Тринити Пейн называет твое имя по телевизору.
Тут уж она заорала, не сдерживаясь:
— Я ничего ей не говорила!
В голосе Рэя звучала печаль.
— Сделанного не исправишь, Джо. Если ты приедешь и поцапаешься с Гризом, сделаешь только хуже. Погоди — как «два часа»? Ты где?
— Не твое собачье дело. Увидимся, и скоро!
Сразу после этого она набрала Тринити Пейн. Тринити взяла трубку после третьего гудка, и ее первыми словами было:
— Ты поговорила с Джинджер Блэкуэлл?
У Джози буквально слова застряли в горле.
— Ах ты, сука! Как ты могла? — выплюнула она.
Молчание.
Значит, Тринити знала за собой вину.
До боли в пальцах сжимая трубку, Джози яростно зыркнула на покупателей, которые останавливались на входе и с любопытством таращились на нее.
— Я знаю, что ты меня слышишь! Что ты натворила? Я же говорила, что о Роквью — не под запись.
— Ты сказала, что запись не ведется.
— Ты прекрасно знаешь, что это была конфиденциальная информация. И насчет вилки никакого подтверждения не было. Как ты посмела и это притянуть! Ты хоть представляешь, что ты наделала?
— Ой, вот только не надо, — беззаботно бросила Тринити. — Да кому какое дело. Ну, взяла я строчку-другую из того, что ты мне рассказала, ну и кому это интересно? Тоже мне, сенсация. Продюсер даже не хотел это в эфир пускать.
— Моему шефу есть дело, вот кому! Я теперь в бессрочном неоплачиваемом отпуске. Даже машину заправить не могу, и все по твоей милости.
— А я думала, ты замужем.
Ярость взорвалась ослепительной вспышкой. На миг Джози разучилась дышать.
— Я разъехалась с мужем, — процедила она сквозь сжатые зубы. — И плачу за себя сама. А теперь — ни работы, ни денег, зато ты получила свой сюжет. Сука, манипуляторша, лучше мне не попадайся, а то подправлю тебе твои голливудские скулы так, что мать родная не узнает! Эксклюзивное интервью я тебе обещала, да? Хрен тебе, а не интервью!
Не дав Тринити сказать ни слова, она бросила трубку. Оплатила с кредитной карты бензин, ровно столько, чтобы доехать до дома. На кофе уже не решилась. К тому же овладевший ею гнев прожигал дыру в желудке. Всю дорогу домой она буквально дышала огнем, пальцы сдавливали руль, мозг бешено высчитывал, как и на что теперь жить дальше. За бензин и еду она еще заплатит кредиткой, за свет и воду — нет. Об ипотеке тоже можно забыть.
А как же ее чудный дом, ее убежище? Поживу без света и воды, решила она. Все, что обычно шло в уплату за газ, электричество и воду, пойдет на взнос по ипотеке. Но как жить потом — она не знала. Ни за что на свете она ни у кого не попросит денег. Бабушке дать нечего, а Люк и так уже дал достаточно.
Погрузившись в мысли о том, как свести концы с концами, она едва не пропустила съезд с шоссе. Въезжая на парковку отделения полиции, она обвела взглядом стоящие на ней автомобили сотрудников, но шефова джипа видно не было. Ну еще бы! Рэй наверняка предупредил шефа, что она едет, и тот благоразумно ре шил не попадаться ей под горячую руку.
Она вихрем ворвалась в участок — там было пусто, как в заброшенном городе. Только сидел за столом Ной Фрейли, да еще несколько человек входили в зал отдыха на втором этаже и выходили оттуда. Рэя нигде не было. Дверь в кабинет начальника была закрыта, безмолвная и неприступная.
Джози прошагала к столу Ноя, уперла руки в бока и уставилась на него пронзительным взглядом.
— Где шеф?
Ной ответил ей удивленным взглядом, на щеках у него проступила краска.
— Уехал. Все уехали, это по делу Коулман. Позвонила какая-то женщина, сказала, что вроде бы видела светловолосую девушку, которая шла по обочине дороги в Олд-Гилберт.
