— Докажите! — потребовала стихийница. — Докажите, что знаете, как создать противоядие.
Рофус потер запястье, оплетенное водорослями.
— Это мне неизвестно, — ухмыльнулся он издевательски. — Создать снадобье способна только Веста Флорана. Но ей нужно знать некоторые особенности яда. Их могу подсказать я.
— Вы блефуете, — прошипела Мари, стараясь повторить опасный отцовский взгляд. — Вы лишь пользуетесь подвернувшейся возможностью. Не более.
Сильвана засмеялся.
— Девочка пытается показать коготки. Какая прелесть. Но ты ошибаешься. Я не блефую. Передай Королеве, что при изготовлении яд был заморожен. Но это лишь половина уравнения. Главный секрет — в особенном ингредиенте. В каком именно, расскажу, оказавшись на воле. А теперь ступай. И помни, я с тобой не закончил.
Рофус был уверен, что завершил встречу на своих условиях. Исхудавшее лицо светилось. Но пленный стихийник не учел, как сильно устала Мари за последние недели. От тяжелой работы, от безысходности, от незаслуженных обид друзей.
Узор заморозки сплелся изящно и легко. Сильвана даже дернуться не успел, как оказался прикован к стулу прочным льдом. Нетронутыми остались лишь плечи и голова.
— Яд был заморожен, говорите? — спросила девушка с издевкой. — Вот так?
Близко посаженные глаза Рофуса полыхнули от ярости.
— Разморозь меня сейчас же! — приказал он.
— Иначе что? — поинтересовалась Мари, подойдя к узнику вплотную. — Откажетесь выдавать секретный ингредиент? Сильно сомневаюсь. Вы хотите выбраться, а других козырей у вас нет. Ах да! Расскажете Королю о нашем родстве! Не сомневаюсь, он придет в ярость, что приблизил дочь предателя. Но, подозреваю, убьет нас обоих, чтобы никто не узнал о его оплошности.
Рофус оскалился.
— Считаешь себя находчивой, да?
— Нет. Просто злой. Иногда во мне просыпается кровь предков. Поэтому хорошенько подумайте, прежде угрожать в следующий раз. Иначе умирать будете так же мучительно, как ваши жертвы-шу.
Сильвана снова засмеялся. Но весело ему точно не было. Мари разглядела в блеклых глазах настороженность.
Сыщики ждали в коридоре. Горшуа выглядел расслабленным, стоял, прислонившись к стене. Пьери нервничал, хоть и старался не показать вида. Понимал, случись что, по голове Циаби его не погладит.
— Надеюсь, встреча была плодотворной, — проговорил он не без сарказма.
— Вполне, — заметила Мари небрежно. — Но советую навестить узника и взять с собой Лукаса. Из вас двоих, он — стихийник Зимы. А Рофуса не помешает разморозить. Будь моя воля, не стала бы торопиться, но, увы, он нужен нам живым.
— Проклятье! — зарычал абу и бросился в камеру.
Горшуа смерил девушку осуждающим взглядом и последовал за коллегой. Но тайная Принцесса не испытала ни капли стыда. Она не считала импульсивный поступок ребячеством. Главное, последнее «слово» осталось за ней. Не за Рофусом!
— Ваше Высочество.
Мари вздрогнула. Почудилось, кто-то звал ее шепотом.
— Я здесь! Здесь! Подойдите! Скорее!
Стихийница завертелась на месте. Хриплый надрывный голос шел из-за железной двери в нескольких шагах. В окошечке с железными прутьями мелькнули темные безумные глаза. И не разберешь, какого цвета. На приблизившуюся девушку они взглянули с отчаяньем.
— Вы в опасности, — зашептал незнакомец, испуганно косясь по сторонам. — Смерть придет из болотного дома. Я убил ради
— Отойдите от двери, зу Ситэрра!
Яростный окрик Линда Пьери разорвал тишину мрачного коридора.
— А ты, живо в угол! — приказал абу заключенному и выпустил из ладоней несколько молний в стену рядом с камерой.
Незнакомый узник взвыл раненным волком и юркнул вглубь темницы.
— Что вы творите?! — обрушил сыщик гнев на Мари. — Сильвана — одно дело. Но этот заключенный — безумец и убийца! Отправил в мир иной нескольких стихийников голыми руками! Без погодной магии!
— Кто он? — спросила девушка, не обращая внимания на ругань.
— Его имя вам ничего не скажет. Он не из Зимнего Дворца.
— Но он назвал меня...
— Как? — напрягся Пьери.
— Неважно, — поспешила отмахнуться Мари. — Послышалось, наверное...
И в самом деле, откуда сумасшедший пленник проклятого острова мог знать тайну наследницы Зимы?
Беседа с родителями получилась тягостная. Инэй и Веста не помирились. Держались друг с другом подчеркнуто вежливо, но холодно. Мари с трудом поборола горечь. Перешла на деловой тон под стать Их Величествам. Пересказала разговор с Рофусом во всех деталях, хотя о некоторых предпочла бы умолчать. Она решила, будет ошибкой скрывать угрозы узника и его намерение использовать «дочь» после освобождения.
Разумеется, настоящий отец в восторг не пришел.
— Рофус сам облегчает мне задачу, — даже через осколок было отлично видно, как сильна ярость Повелителя Зимы. — Я сделаю все, чтобы он сгнил в подземелье.
— Но свобода — его условие, — напомнила Мари устало.
