Местность, куда вел люк, можно было назвать пустынной: дома виднелись далеко впереди, а людей поблизости обнаружено не было. С этим нам повезло, ведь теперь можно разместить всех до тех пор, пока мы не договоримся о дальнейшей их судьбе в Первом Городе.
Отец так и не ответил на мое письмо. Это беспокоило не только меня.
–Может сообщение не дошло, потому что связь была плохая?
Это была моя попытка объясниться. Сама я в это почти не верила, но для надежности отправила сообщение повторно, приписав, что мы уже на месте и нам нужна помощь. В любом случае, Я, Крис и Костя отправились искать средства связи или людей, которые могли бы подсказать, к кому обратиться с этим вопросом. Попытки связаться с нашими людьми в городе не увенчались успехом.
Никто из нас не был тут раньше, не был в Первом Городе, поэтому мы совсем не знали куда идти. За то недолгое время, что мы с Костей были тут перед выездом, на осмотр города или хотя бы поверхностную словесную экскурсию времени не было. Да и интереса ни у кого из команды не вызывала возможность узнать, что твориться внутри купола, когда все внимание захватывало то, что было за его пределами. Кто знал, что все намного сложнее, чем мы себе могли представить.
В своих поисках помощи мы положились на интуицию – просто шли вперед, туда, где из земли вырастали дома.
Шли в молчании и тишине. Только иногда слышались отдаленные звуки работы систем жизнеобеспечения – тяжелые, механические звуки, скрип и срежет старых механизмов, жалобно взывающих к создателям. Ровная сухая земля была накрыта одеялом мусора. Оглядевшись вокруг, я увидела желто-зеленую дымку, плавно текущую над поверхностью земли. Поначалу показалось, что это мираж, игры разума, жадно поглощающего кислород, однако через мгновение почувствовался неприятный химический запах, кисловато-едкий с оттенками гнилости, которому очень подходил именно этот кислотный, грязный цвет. Все втроем мы начали кашлять из-за того, что горло что-то жгло и вместе с тем больно царапало. Приступ прошел так же внезапно, как и наступил. По дороге каждый из нас еще несколько раз пытался прокашляться.
–Как дела у Жюльетты? – просила я хриплым голосом, в надежде отвлечься от мрачных мыслей.
–Нормально, – сказал Крис, пиная попавшуюся под ноги банку. Он уверенно шел впереди нашей маленькой группки. – Продолжает семейное дело потихоньку, но чаще сидит с детьми дома.
–Как много я пропустила, – на лице появилась грустная улыбка. – Я не сомневалась, что вы будете вместе и что у вас будет семья.
–Мне кажется, никто не сомневался, – сказал Крис, повернувшись ко мне лицом. – Так должно было быть, – улыбнувшись самому себе, он добавил, – по-другому и быть не могло. Ты же знаешь Жюльетту!
–Точно! – мы рассмеялись. Легко было говорить на эту тему, потому что она тянулась из прошлого, была знакома, проста и беззаботна. Мы погрузились в прошлое, вспомнили школьные моменты, посмеялись над тем, какими глупыми были в школе, о чем воображали, о чем мечтали.
Костя с интересом слушал наш диалог, не встревая в него. Бывает, что когда в разговоре кто-то не участвует, ощущаешь, что этот человек обделен вниманием, тебе кажется, что ему неуютно или он чувствует себя лишним, поэтому погружается внутрь себя и старается стать максимально незаметным для остальных. От Кости такого не ощущалось, он был вместе с нами, слушал и совсем не испытывал неудобство, наверное, благодаря духу исследователя, для которого все было важно, как часть историй.
Отвлеченные разговором, мы не видели дороги, и она привела нас к темному зданию. На первый взгляд это было заброшенное, давно покинутое здание, чем то напоминающее те здания за куполом – возможно тем, что он был собран также из серо-желтых кирпичей или тем, что в некоторых местах осыпался и показывал сквозь дырки свои внутренности. Но чем ближе мы подходили, тем больше оживало это место – сначала вокруг здания было видно движение, хаотичное, смазанное, явно кто-то ходил туда-сюда, затем стало видно, что движение создают роботы, каких я видела тогда в Центре, каким когда-то предстал передо мной Джонни. Они перетаскивали оборудование, грузили его в электрокары и накрывали брезентом. Их было очень много.
Какое-то внутреннее чувство подняло тревогу и я прижалась к земле. Костя и Крис видимо почувствовали то же самое и легли рядом со мной.
–Что это? – шепотом спросил Костя.
–Не знаю, – ответила я, хоть и понимала, что вопрос был риторический.
Кажется, нас не заметили, но для надежности мы перебрались за кучу мусора, так удачно расположившуюся рядом. С нашего наблюдательного поста было видно, как неспешно роботы погружают внушительные металлические детали различной формы. Мы пытались рассмотреть их, чтобы понять, для чего они могут предназначаться, но никаких идей в голову не приходило. Раньше таких деталей не видел никто из нас.
