Я поднялась на ноги и побежала к куполу. Моему удивлению и восторгу не было предела. С открытым ртом и широко распахнутыми глазами я смотрела на небесное светило как на что-то из другого мира, нереальное, незнакомое. А ночное солнце скупо освещало лежащее на земле пространство, нехотя расставаясь со своими лучами. Хоть пусть и в тусклом, прохладном свете, но все вокруг преобразилось, стало новым, свежим. Скалы блестели, серебром отливало старое здание. Лучи, падающие с неба, скромно касались всех поверхностей, будто бы им не дали разрешение этого делать, но желание сильнее страха, и они не всей ладонью как днем, агрессивно прощупывают почву, а пальчиками опасливо, точечно соприкасаются с неизвестным материалом, тут же подаваясь назад, чтобы не обжечься. Сначала даже показалось, что это беззвучный дождь, очень мелкий, но частый, густой, чьи капли взволновано отпрыгивали от всего земного, что было им, воздушным жителям, чуждо. От волшебства, что сотворилось в этот миг, захватывало дух. Мой взгляд жадно поглощал все увиденное, стараясь записать в память все до мельчайших подробностей, чтобы можно было сюда вернуться.
–Как жаль, что слова слишком бедны, чтобы полностью все передать, – сетовала я. Джонни обнял меня со спины.
–Раз они так бедны для тебя, то они вовсе не нужны, – сказал он, положив свой подбородок мне на плечо.
–Почему я раньше не видела этого?
–Не замечала, не придавала значения, не попадала в подходящее время. Или не было подходящего времени.
Как манила эта новая красота. Как поражала. Чистое сияние ночи.
Джонни объяснил мне, что этот объект называли Луной. Что, судя по имеющимся в библиотеке данным, это спутник нашей планеты, а вовсе не отдельное светило, вроде Солнца. Многое из того, что он мне сказал, я понять не могла. Этому нас не учили в школе, я даже не знала о существовании целой науки о Солнце, Луне и звездах. Оказывается, мир еще крупнее, чем я думала. Я знала, что он не ограничивается только куполами, но что он может быть даже бесконечным – не подозревала. Ощущение возможности того, что мир бесконечно огромен, что его протяженность не сможет уложиться в рамках мысли, было физически сложно переносить. Оно пугало, но влекло.
По-особенному привлекли меня те самые звезды. Маленькие светлые точки на темном полотне. Так далеко, что не достать, так близко, что можно увидеть. Они подмигивали нам с Джонни, когда мы лежали на траве и смотрели в бескрайние просторы.
–На свету появляется тень, а во тьме возможен свет, – сказала я вслух. Мысль, которая показалась мне гармоничной, подходящей как завершение к нашей беседе о противоречивости человеческой натуры.
Свободное, размеренное течение дней, которые я проводила дома, нарушилось в тот момент, когда была определена точная дата отъезда нашей команды. Ступор овладел мной: с одной стороны, было понятно, что надо делать, инструкции были четкими, приготовления расписаны по дням, с другой стороны, я не могла сдвинуться с места и начать что-то делать. До последнего оттягивала все приготовления и сборы, как будто так можно было бы избежать отъезда. Но время неумолимо двигалось вперед, напоминая о неизбежном. Всегда хотела открывать новое, а сейчас почему-то иду на попятную. Стою на пороге, заглядываю в дверь, вижу свою мечту, а делать шаг вперед уже не хочется, ведь я знаю, чего там нет.
Мы с Джонни не обсуждали этот вопрос. Я не хотела слышать ответ, поэтому не спрашивала. Но он незримо присутствовал рядом с нами, напоминая о себе, когда в очередной раз Джонни помогал мне в пункте сборов. А потом и дома, на прогулках, во время обеда, он был рядом снова и снова. Даже во время сна этот вопрос ждал своего часа, когда не задать его будет глупостью.
И вот, когда до отправления оставалась ровно неделя, момент настал:
–Ты поедешь со мной? – внезапно спросила я, отчего тон вышел грубым, жестким. Не став повторяться, чтобы исправить положение, я лишь озадаченно моргала глазами.
Джонни посмотрел на меня совсем необычно. Еще не замечала за ним такого взгляда, как будто ему физически больно, но показывать ему это нельзя, или он не умеет, и всеми силами пытается удержать, не дать этому монстру сбежать, ведь он не несет ничего другого, кроме боли. И пусть со стороны его лицо осталось беспристрастным, вам не переубедить меня.
Все было понятно без слов. Я рассердилась. Произошел взрыв.
–Почему нет? Эта же так просто, прими решение и сделай! Ты не хочешь? Может поэтому не поедешь? А?
Могу сказать абсолютно точно – говорила я не то, что думала. И уж тем более не то, что чувствовала. За меня это делал гнев, ведь я действительно разозлилась, но не на Джонни, как пыталась сейчас доказать ему и себе, а на ситуацию, на несправедливость, на свою беспомощность.
–И в прошлый раз ты ничего не сделал. Просто позволил меня увезти. Тебе было все равно? Почему ты не остановил всех?
Остановиться надо мне. Прошу себя – перестань. Но это уже случилось и ничего нельзя повернуть назад. Таково прошлое. Нужно просто принять.
