Прощайте, ископаемые! полностью

Поиск новых мест для выращивания сахарного тростника сыграл решающую роль в расширении европейских географических открытий и экспансии колониализма в XV–XVI веках. Разумеется, испанцы и португальцы (а позднее англичане и голландцы) заодно искали в так называемом Новом Свете много других вещей: драгоценные металлы, торговые пути, экзотические пряности и новые земли, на которые можно было претендовать от имени своих монархов. Но в практическом отношении именно погоня за сахаром – «белым золотом» – стала движущей силой первого этапа захвата и освоения европейцами колониальных земель. На пространстве от Мадейры и Канарских островов у западного побережья Африки до Бразилии и Карибского бассейна пиренейцы перемещались с острова на остров в поисках мест, где можно было успешно выращивать сахарный тростник. Не вызывает сомнений, что именно погоня за сахаром была основным фактором расширения трансатлантической торговли, поэтому Колумб не случайно взял саженцы сахарного тростника в свое второе путешествие в Новый Свет в 1493 году. К 1516 году сахарный тростник выращивали с использованием труда порабощенных африканцев на карибском острове Санто-Доминго, где появились первые сахарные плантации в западной части Атлантики. К 1526 году коммерчески значимые объемы сахара стали поставляться в Европу и с бразильских плантаций.

По мере того как сахар становился все более доступным товаром, спрос на него возрастал, в особенности среди европейских элит. Кажущаяся неисчерпаемость спроса – во многом этот момент напоминает сегодняшнюю ситуацию с ископаемым топливом – делала сахар чрезвычайно привлекательным объектом для инвестиций, даже несмотря на то, что для создания сахарных плантаций требовался значительный капитал (спекулятивные риски банкротства также были велики). Таким образом, сахарные плантации представляли собой нечто большее, нежели простые сельскохозяйственные предприятия. С самого начала они обслуживали транслокальные рынки в целях масштабного (по меркам своего времени) накопления богатства. Именно на сахарных плантациях родилось индустриализированное сельское хозяйство, они же были инкубатором глобального капитализма. По утверждению Минца, «плантация была совершенно беспрецедентным социальным, экономическим и политическим институтом, а отнюдь не простым нововведением в организации сельского хозяйства» [Mintz 1964: XIV]. Историки описывали производство сахара как наиболее индустриализированную разновидность человеческой деятельности в мире раннего Нового времени [Sheridan 1969]. В погоне за, казалось бы, неисчерпаемым спросом на сладость промышленность искала новые территории и способы расширения производства сахара, повышения его эффективности и прибыльности.

Таким образом, европейская колонизация XV–XVI веков представляла собой сукрополитическое начинание. А для того чтобы иметь реальную оценку интенсивности сукрополитики раннего Нового времени, необходимо осознать, сколько энергии требовалось для превращения сахарного тростника в сахар. Этот процесс состоял из множества этапов. Сахарный тростник нужно было посадить, после чего пропалывать и удобрять, пока растения не достигнут зрелой формы примерно через пятнадцать месяцев. Затем тростник требовалось срезать вручную и быстро переработать в течение одного-двух дней. Время имело здесь ключевое значение, поскольку тростник быстро засахаривался, а следовательно, была необходимость в большом количестве рабочей силы – примерно сто человек на одну плантацию. Затем толстые, как бамбук, побеги тростника измельчались на мельницах для получения сока. На следующем этапе рабочие уваривали этот сок, чтобы очистить его от примесей, добиться его затвердевания и кристаллизации, в результате чего на различных этапах осветления получались меласса (патока), мускавадо и белый сахар. По сравнению с другими видами колониального сельского хозяйства – производством табака, кофе, индиго и даже хлопка – это была тяжелая и опасная работа, в особенности на этапах резки и измельчения тростника, когда работники часто теряли или калечили свои конечности. Также нередко случались пожары с человеческими жертвами и ожоги от кипящей жидкости.