Гурджи говорил что-то ещё, но Александра уже не слушала его, поражённая неожиданным известием. По внезапному наитию она сразу же уверилась в том, что ДТП было подстроено, чтобы не дать Анжеле приехать в Москву и там жаловаться в высокие инстанции. Отсюда следовало, что она, Александра, стала сообщницей бандитов, способных на всё, даже на убийство. Как же она пала так низко? Ведь ещё недавно она ходила на митинги оппозиции, готовая каждый миг встать под полицейские дубинки, а сейчас участвует в преступных махинациях негодяев. Она изменит самой себе, если не порвёт с ними, хотя бы ценой собственной гибели! Пусть с ней случится самое страшное, но покорно на самое дно она всё-таки не ляжет! Тем более, что речь в данном случае может идти о дне могилы: банде юристов-оборотней не нужна посторонняя баба, которая знает слишком много.
Но что же делать? Просто отказаться от своих исков к Анжеле? Но можно ли так, когда судебная машина уже запущена на полные обороты? Кто поможет ей или хотя бы подскажет? Конечно, не Каморин: этот и сам нуждается в помощи. Но тогда, выходит, спросить некого? Разве что Угарова? Хотя бывший милиционер принадлежал к той же банде юристов, но чем-то он понравился ей, и женское чутьё подсказывало, что эта симпатия взаимная...
Она взяла телефон и позвонила Угарову, попросила его приехать по срочному и важному делу, о котором можно говорить только с глазу на глаз. Через час он уже сидел в её кабинете, насупив чёрные брови: видимо, ждал неприятностей.
- Александр Леонидович, - начала она тихим голосом, вдруг оробев, как девчонка, - вы же знаете, что случилось с Анжелой Чермных: она разбилась в ДТП. Я думаю, что это подстроено, и не хочу больше участвовать в подобном. Я решила выйти из игры. Помогите мне. У нас с вами разные взгляды, но я знаю, что вы субъективно честный человек...
- Угаров крякнул, с неудовольствием поморщил нос, сощурил глаза и по-новому оглядел её, точно высматривая в ней то, чего раньше не замечал.
- Ну разве можно в ваши годы быть такой идеалисткой? - сказал он после краткого раздумья почти ласково, как говорят глупцу или ребёнку. - Связались с прохиндеями и теперь думаете, что после стольких усилий, затраченных ими, они оставят вас в покое. Вас же посадят. Потому что вы, как я понимаю, совершили подлог. Знаете пословицу: "Коготок увяз - всей птичке пропасть"? Это про вас.
- Всё равно! - воскликнула Александра, мотнув головой. - Будь что будет!
- Ну хорошо, - с неохотой согласился Угаров. - Я помогу вам. При условии, что в дальнейшем вы моё имя вы не упомяните нигде. Обещаете?
- Обещаю.
- Я подскажу, как принять одну меру предосторожности, которая, впрочем, почти наверняка окажется тщетной. Но в данном случае вы ничего не потеряете, потому что единственная альтернатива для вас - это просто отказаться от исков к Анжеле. После всех трудов и издержек это будет равнозначно признанию в том, что все ваши договоры с Чермных насчёт офисного комплекса - "липовые". Но всё-таки вы можете формально выйти из игры, заключив с посторонним человеком договор цессии, то есть уступки права требования по искам к Анжеле. После этого вы перестанете быть участницей судебных процессов по этим искам и ваши партнёры-прохиндеи поймут, что ничего от вас не добьются. Но это не значит, что они не обвинят вас в подлоге, хотя бы только из мести, без расчёта на какой-либо выигрыш. Так что, вы действительно хотите совершить это "сальто-мортале"?
- Да, я хочу именно по всей форме выйти из игры, раз и навсегда. У вас есть на примете посторонний человек, с которым можно заключить договор уступки прав требования?
- Имеется. Это мой знакомый житель Гудермеса, у которого распространённое среди мусульман имя: Мурат Махмудов. Я знаю его со времени первой чеченской войны. Он сейчас как раз в Ордатове, приехал по своим коммерческим делам. Быть может, он не откажется посодействовать вам. Но только если вы не захотите получить от него реальные деньги. Некая сумма будет указана в договоре цессии лишь для проформы.
- Я не рассчитываю на деньги.
- Хорошо, тогда я позвоню ему, и если он согласится, то встретится с вами.
- Это будет сегодня?
- Нет, сегодня уже поздно. Наверно, завтра. И не плачьте, не стоит! - поспешно добавил Угаров, заметив в глазах Александры слёзы. - Слезами горю не поможешь. И потом, быть может, всё для вас кончится не так плохо...
Назавтра Александра услышала в своём телефоне вкрадчивый голос с кавказским акцентом:
- Добрый день, Александра Викторовна! Я Мурат Махмудов. Вы сейчас в "Плазе"?
- Да.
- Можно к вам наведаться?
- Приходите. Давайте я объясню, где это.
- Я знаю, где вас искать. Ждите.
