– Звонил второй следователь. Шмельцов узнал об изъятии записей и прибыл в управление с двумя адвокатами. Дал первые показания. Речь идет о сделке со следствием.
– В чем его обвиняют? – спросила Лионелла.
– В соучастии.
– Виновен в смерти альфонса?
– Терсков использовал его как пособника. Шмельцову поручили вызвать Ольшанского в Санкт-Петербург, получить его отпечатки на оружии и, при обнаружении трупа, вызвать полицию. Но все изначально пошло не так.
И едва только Фирсов закончил последнюю фразу, послышалось трехголосое:
– Что?
Он усмехнулся:
– С таким изысканным джентльменом случилась прозаическая и нелепая вещь. На ужин он съел мидий, и у него началось расстройство желудка. Всю игру Шмельцов промучился и, как только появилась возможность, рванул в свой номер. Но там на пути к туалету возник Ольшанский. Шмельцов по-быстрому передал обещанные деньги и, вместо того чтобы пройти в спальню, увидеть мертвеца и вызвать полицию, сиганул в туалет.
– Что было потом? – спросил Лев Новицкий.
– Наш друг ушел, – Фирсов благосклонно посмотрел на Кирилла. – И вместо него в номере оказалась твоя жена.
– Что было неожиданностью для самого Шмельцова, – дополнила Лионелла.
– Для него это был настоящий удар.
В разговор вмешался Кирилл:
– Когда я уходил, я предупредил Шмельцова.
– Но как?
– Через дверь. Он в это время был в туалете, я – в коридоре.
Фирсов покачал головой:
– Не знаю, как именно он планировал выправить ситуацию, – следователь перевел взгляд на Лионеллу. – Но вас точно не рассчитывал встретить в своем номере.
Лионелла спросила:
– Тогда объясните, для чего на этого беднягу надели мое платье?
– Точного объяснения нет. Могу только догадываться.
– И все же.
– Вероятнее всего, чтобы скомпрометировать вас и вашего мужа. Так сказать, примотать к этому делу. Вы же знаете, что между ними был спор?
– Лев рассказывал.
– Это платье – отголосок конфликта. Теперь перейдем к главному вопросу…
Лев подсказал:
– Кто убийца.
– Совершенно верно.
– Так кто же? – спросила Лионелла.
– Вы его видели.
– Да ну же… Не пугайте меня.
– Тот самый востроносый повар из оранжереи. И видели вы его дважды.
– Когда во второй раз?
– В кабине лифта, когда он спускался, а вы поднимались на свой этаж в ночь после игры. Одежда белого цвета. Помните? Вот вам ответ – поварская куртка.
– И запах жареной курицы, – пробормотала она.
– Теперь про ваш украденный телефон…
– Об этом тоже известно?
– Его украла горничная, подружка нашего повара. Это мы выяснили значительно раньше.
– Оба подручные Терскова?
– Эти двое – точно. Они же выкрали ключ и открыли смежную дверь между номерами. Но в деле много фигурантов, и не все еще установлены.
– Но кто подбросил мне телефон? Хотя постойте… Я видела эту женщину в номере Кирилла и, помнится, подумала, что где-то еще. На вокзале! Да, на Московском вокзале, когда уезжала. Она стояла у вагона с ребенком, и девочка уронила игрушку. Я наклонилась…
– В этот момент к вам в сумку залетел ваш Vertu со стразами Сваровски.
– Осталось только выяснить, зачем ко мне в номер являлся Шмельцов.
– Думаю, он скоро об этом расскажет.
– Может быть, предупредить об опасности?
– Может быть, – благодушно согласился следователь.
– Или не предупредить.
– И это возможно. – Фирсов встал с кресла. – Немного терпения, и мы все узнаем.
В салон заглянула стюардесса:
– Трап подан!
В Барвиху прибыли, когда начинало темнеть. Автомобиль въехал на территорию дома Лионеллы, где их уже поджидала группа оперативников.
– Есть движение? – спросил Фирсов.
Старший скупо ответил:
– В доме, на втором этаже.
– Есть информация?
– Мало.
– Кто?
– Их двое – мужчина и женщина.
– Откуда вели наблюдение?
– С третьего этажа здания.
– Просматривается?
– Только местами.
Кирилл, Лионелла и Лев Новицкий тем временем стояли рядом и внимательно слушали. Лев протянул руку:
– Вот ключи. Я забрал их у охранника.
Старший взял, но при этом сказал:
– Это без надобности.
– Каков план действий? – снова спросил Фирсов.
– Мухой через забор, там по обстоятельствам…
– Будете ломать дверь? – обеспокоилась Лионелла.
– Вы – хозяйка?
– Нет, – она покачала головой.
– Чего ж тогда беспокоитесь?
– Хозяин вот он, – Лионелла показала рукой на Кирилла.
Смерив взглядом одетого в пижаму Ольшанского, старший ухмыльнулся:
– Из дурки сбежал? – Потом, посерьезнев, спросил у Фирсова: – У них есть оружие?
Тот покачал головой:
– Не знаю.
– Когда начинаем?
В этот момент встряла Лионелла:
– Можно мы с вами?
Старший на мгновение задумался и выдал однозначный ответ:
– Нет.
– Почему?
– Не задавайте глупых вопросов. – Его взгляд снова устремился на Фирсова: – Когда начинаем?
Тот огляделся:
– Когда стемнеет.
Никто так и не зашел в дом. Все остались во дворе. И даже когда несколько человек черными тенями один за другим перемахнули через забор на участок Ольшанского, никто не шелохнулся.
Десять минут абсолютной тишины и невероятного напряжения нервов были невыносимы. Не выдержав, Лионелла прокралась к забору и приложила к нему ухо.
