– Заехал Юра. У него совсем немного времени. Я сказала, что ты гостишь у меня, он просит тебя выйти.
– Машенька, как выйти? Мне надо себя после сна привести в порядок…
– Настя, ты о чём? Красоту ничем не испортишь, даже сном. Вы с Юрой как брат с сестрой, как будто он тебя без косметики ни разу не видел, – Маша весело глядит на Настю и протягивает ей руку: – Давай я помогу тебе выползти из-под одеяла.
– Сама справлюсь.
Настя откинула одеяло, встала, потянулась, набросила на себя халат и, шагнув к зеркалу, поправила волосы, завязала пояс на халате, улыбнулась отражению:
– Так я еще к мужчине не выходила. Всё когда-то бывает в первый раз.
Распахнув дверь в гостиную, встала на пороге, взмахнула ресницами и кокетливо опустила глаза к полу, улыбнулась кроткой улыбкой:
– Доброе утро!
– Боже мой, как в тридцать лет! Настя, время тебя совсем не изменило! – удивленно и восторженно говорит Юра, не сводя с Насти глаз.
– Юра, ты такой же галантный, как и тридцать лет назад! – Настя звонко засмеялась. – Льстишь, но очень приятно! Мне шестьдесят, а я радуюсь как девчонка!
Юрий взял её руки в свои, ласково пожал:
– Сколько же лет мы не виделись с тобой?
– Спроси у сестры, сколько лет она замужем за Ваней, и это будет равно количеству лет, которые мы с тобой не встречались.
Настя аккуратно освободила свои руки из рук Юры и села в кресло, он сел напротив нее, молчал, глядел ей в лицо и наконец сказал:
– Не могу поверить тому, что вижу. Как тебе удалось остаться молодой? Модная пластика? – он качал головой, его глаза улыбались, и в них мелькали весёлые искорки.
– Нет, Юра, пластикой не увлекаюсь. Красоту женщины хранит большая любовь. Я счастливая женщина – меня любили и любят, я любила и люблю. Любовь всегда со мной.
– Маша мне рассказывала об Илье. Я знаю, что его нет с нами. Скажи, нашли тех, кто это сделал?
– Мне ничего не известно. В интересах следствия не разглашается информация, но я знаю, что вновь работала группа следователей, вновь вызывали на допросы. Предупредили, чтобы не говорила об этом. Сейчас говорю, потому что этот новый следственный запал был два года назад. Ничего нового. Ты знаешь, что убийца Ильи был застрелен на месте, а заказчики, видимо, высоко сидят, далеко глядят, и их трогать нельзя. Надеюсь, пока нельзя трогать, – Настя говорила с горечью в голосе и, закончив фразу, заморгала глазами, пряча набежавшую слезу.
– А вы с мужем сами (сейчас ведь модно вести всякие расследования) никого не привлекали?
– Сразу после этих событий Глеб занялся частным сыском, но люди из органов ненавязчиво дали ему понять, чтобы не мешал.
– К сожалению, не всё так быстро решается, как нам хочется, но я согласен с тобой: придёт время – и станет известно, кому помешал Илья, – задумчиво сказал Юра и, улыбнувшись смущенно, спросил: – Ты еще работаешь или уже отдыхаешь?
– Преподавателем не работаю давно, но историю не бросаю, пишу статьи, когда об этом просят популярные или научные журналы. Занимаюсь любимым творчеством – пишу портреты, картины, – Настя с нескрываемым удовольствием говорила о своем занятии, её глаза блестели. – Как ты, твоя семья?
– Работаю и пока не планирую отдыхать. Нужны деньги на лечение жены.
– Что случилось с Яниной?
– Рак молочной железы. Сделали операцию полгода назад. Прогноз благоприятный, но рекомендовали реабилитационный курс лечения пройти в Израиле. Завтра летим с Яниной в Тель-Авив. Ты уж извини, что я тебя из постели вытащил. Мне надо бежать, масса дел перед отъездом, а зная, что ты здесь, не мог не повидать тебя.
– Всё нормально. Я рада была увидеть тебя. Теперь я точно знаю, что годы не всех людей меняют. Я бы узнала тебя, встретив на улице. Ты тот же Юра из моей юности.
Они одновременно встали из кресел. Юра обнял Настю и легонько коснулся губами её щеки:
– До свидания. Надеюсь, мы встретимся вновь раньше, чем через тридцать лет, – и махнул рукой сестре: – Маша, до свидания.
– Янине привет передай от нас с Настей.
Настя помахала ему рукой и сочувственно смотрела вслед, мысленно желая выздоровления Янине.
Маша, проводив брата, пригласила Настю к завтраку.
– По твоему заказу сварила манную кашу, – говорила она, в глазах мелькали хитрые искорки.
– А когда я заказала манную кашу? – испуганно спросила Настя. – Я не люблю манную кашу с детства.
– Перед тем как уснуть, ты мечтательно прошептала, что с удовольствием на завтрак съела бы молочную манную кашу, – Маша весело смеялась. – Я удивилась столь странному желанию, но чего не сделаешь ради любимой подруги. Но есть и приятный сюрприз для тебя: я испекла шарлотку с яблоками, – и она показала на стол, в центре которого красовался румяный пирог, посыпанный сахарной пудрой.
Подруги с удовольствием позавтракали, Настя похвалила и кашу, и пирог. Маша сварила кофе, и они с кофейником и чашками кофе разместились в мягких креслах. Настя маленькими глоточками пила кофе, Маша ласково смотрела на подругу.
– Настя, я думаю о вашей встрече сейчас с Юрой. Он так трогательно держал тебя за руки, и его голос дрогнул, когда вы здоровались, а еще он очень волновался, пока ты не появилась в дверях.
