– Не бойся меня, не враг я любимой моей девочке; ты плохо поступила, не выполнив распоряжение родителей, но на первый раз я приму твоё объяснение как уважительную причину, – голос его звучал ласково, он улыбнулся и протянул Матильде белый батистовый носовой платок.
– Вытри влагу на лице, с глаз и носа, не надо плакать. Расскажи мне про Дубровских.
Матильда, всхлипывая, вытирала лицо, молчала, а Рудольф Моисеевич не торопил её, давая возможность успокоиться. Он думал о том, что внучка изменилась за время, пока они не виделись: расцвела, стала красавицей, и тут же себя поправил, что она и была ею: «Ты привык к ней, видел девочку часто, считал ребенком и не придавал особого значения её внешности; она взволнована не только и, вернее, не столько тем, что ослушалась родителей, она в смятении. Что является его причиной? Почему так бурно выплеснулись эмоции? Если бы волнение было от радостных и приятных событий, Матильда бы шутила и смеялась, ласково заглядывала в глаза деда, так что же случилось с девочкой?» Задумавшись, Рудольф Моисеевич не услышал начала рассказа Матильды, но от размышлений к реальности его вернули слова:
– Дедушка, она так сильно похожа на меня, – от волнения голос Матильды звенел как натянутая струна.
– Кто на тебя похож? – резко спросил он внучку.
– Я же сказала – у Дубровских много лет назад похитили девочку, – удивленно смотрела Матильда на деда.
– Извини, внученька, задумался, повтори с начала, что случилось с девочкой.
Матильда рассказывала историю о похищении Тони так, как она запомнила рассказ Насти, говорила о рисунках, на которых изображена Тоня, о своём удивлении, как возможно такое – ведь они не родные с этой девочкой Тоней, но Тоня и Матильда в детстве похожи, будто они родные сёстры.
– А ещё, дедушка, на рисунке в руках у Тони кукла, я такую видела у нас дома. Полина Прокофьевна, мама Насти и Тони, говорит, что куклу для Тони сделала бабушка, другой такой куклы не было! – голос девушки опять зазвенел; сделав паузу в рассказе, Матильда смотрела в лицо деда – выражение на нем было странное: как показалось Матильде, дедушка вроде и здесь, рядом с ней, и одновременно его рядом нет. Она дотронулась до его руки: – Ты меня слушаешь, дедушка?
– Да, я слушаю тебя очень внимательно, – спокойным голосом ответил ей дед. – Продолжай, но только по существу – о семье Дубровских, о том, чем занимаются родители твоей подруги. За год жизни в Ленинграде ты стала излишне эмоциональной и незначительным вещам придаешь большое значение, – он, смягчая суровый голос, едва заметно улыбнулся. – Дети очень часто бывают похожи, в этом нет ничего необычного, а кукла могла тебе просто показаться одной и той же – что у тебя дома и что на рисунке.
Матильда хотела было возразить деду, но что-то её остановило. Немного помолчав, она рассказала о Тимофее, Полине и их сыне Юре и закончила рассказ опять эмоционально:
– В день похищения Тони, Юре было шесть или семь лет, в школу он ещё не ходил, а похитители оставили его одного далеко от деревни, на дороге. Он сильно испугался и долго не мог говорить, и ничего не помнит, что случилось в тот день, а сейчас он какой-то странный, непонятные слова говорит, словно заговаривается, за него все очень переживают, если он таким и останется.
А Рудольф Моисеевич слушал Матильду и думал о странных зигзагах дороги жизни людей: она одних неожиданно сводит вместе, других разбрасывает далеко друг от друга; надо же было случиться тому, что Матильда из Киева поехала учиться в Ленинград, туда же приехала Настя Дубровская из Костромы, но сначала семья её выехала из Казахстана; девушки поступили в один вуз и живут в одной комнате, у них сложились хорошие отношения и Настя приглашает Матильду в Кострому, где Матильда узнает историю похищения похожей на неё девочки… Разговор о Дубровских надо заканчивать. И закончить так, чтобы у внучки не возникло никаких ненужных вопросов. Не надо Матильде ничего знать о прошлом семьи, к которому она не имеет отношения.
– Спасибо тебе, Матильда, за подробный и интересный рассказ. Я понял, что это хорошие интеллигентные люди, образцовая советская семья, не вижу причин запрещать тебе дружить с Настей. А история о похищении девочки и о испуганном мальчике – очень трогательная и печальная, но не бери в голову, она случилась давно, и изменить уже ничего нельзя.
Матильда хотела возразить деду, но он взмахом руки остановил её:
