— Это касается её? Джозефины? — с упреком спросила Дженна. Нотки ревности выдавали её. Я даже улыбнулся, узнавая в ней ту самую девушку, от которой невольно хотелось бежать куда подальше, не оставляя по себе и видимости сожаления.
— На уроках вряд ли появлюсь, — бегло выпалил, оставив Дженну одну, выбравшись через окно её спальни наружу, чтобы не быть замеченным её придурковатым братом. Будь в доме ещё и отец девушки, ноги бы моей там не было бы. Хватало рассказов о нем. Личной встречи с ним я не жаждал. Хватало проблем с собственным отцом.
Карманных денег хватило на автобус, которого, к счастью, пришлось ждать не больше пятнадцати минут, длившихся, словно вечность. Я был беспокоен. Не находил себе места, переминаясь на месте, пока другие смотрели на меня с некоторой озадаченностью. Неотрывно смотрел на часы. И не впервые ли в жизни спешил, хоть и дело было совсем не во времени. Дело было всего лишь в том, что это был важный день в жизни Джо, и я должен был быть рядом с ней, хоть и не она меня пригласила. Я вообразил себе облегченный выдох и нежное приветственное объятия, обнадеживающее «Я так ждала тебя» и вместе с тем немое изумление из-за того, что я был там, рядом с ней, в решающий момент её жизни.
Хотелось быть рядом с Джо, чувствовать вес её невесомой опоры. Готов был стать самым крепким столбом, поддерживающий её хрупкое хрустальное небо, блестящее своей чистотой и невинностью. Я готов был ради неё горы свернуть. И это сумасшедшее сумасбродное чувство делало меня в одночасье и сильнее, и слабее. Переступая через сроднившийся с душой эгоизм, я терял себя ради Джо. И только потому, что времени было мало, я не стал раздумывать об этом, сорвавшись с места ради мифологических подвигов, желание исполнения которых голос разума не стал почему-то оспаривать, отговаривая от затеи. И хоть требовалось от меня немногое — всего-то быть рядом — я возомнил себя очень важным. Наверное, впервые Джо нуждалась во мне, а не напротив, как было прежде.
Через сорок минут я оказался у порога частной школы, среди учеников которой выделялся своеобразным нарядом. К моему удивлению, их было немного, но и те, облаченные в одинаковые формы, почти сразу обратили внимание на меня, чужака, который настырно проник внутрь, спрашивая лишь об одном «Где Джозефина Дойл?». Длинные запутанные коридоры вели меня в одно место — актовый зал, где, к моему огорчению, все суетились, готовясь к финальным дебатам.
На школьных стенах я заметил плакаты, на половине которых красовалось лицо Джо, а на другой — её предполагаемой соперницы Джорджины, которая с виду казалась той, кому могла подражать Дженна, унижаясь в жалких попытках попасть в круг её друзей. Кое-где беспорядочно валялись листовки, одну из которых я поднял и бережливо спрятал в карман джинс, как драгоценность. Ещё одна частичка Джо была со мной.
Оказавшись в актовом зале, я стал пробираться к первым рядам, стараясь не обращать внимание на то, как все меня рассматривали. Это было неловко. Лишнее внимание всегда сбивало меня с толку, заставляло чувствовать себя крайне неудобно, будто посторонние взгляды могли залезть под кожу и пройтись под ней леденящим холодком. Опустив глаза вниз, я упрямо двигался, хоть и полностью оградиться от внимания не получилось. Девичьи перешептывания о том, кем я был и что там забыл, были не такими уж тихими. И, наверное, это должно было мне льстить, но я был там не ради этого.
— А ты что здесь забыл? — противный до жутчайшего отвращения голос заставил меня сперва поежиться. Прежде чем плюхнуться в свободное место, занятое, скорее всего, для Матильды, я не осмотрелся, заняв кресло рядом с чёртовым Вуди Кертисом. Размышляя о важности моего героического спасения Джо от паники, я напрочь забыл о том, что попал прежде всего в среду обитания этого напыщенного павлина, который каким-то образом был для Джо важнее меня. Я и не думал о том, что он мог бы украсть важность моего присутствия в глазах Джо, затмевая своей фальшивой заботой о ней.
— Разве не очевидно? Я здесь ради Джо, — зло прошипел я. Руки чесались ударить парня, но при стольких свидетелях это было бы некстати. К тому же это могло сработать не на руку Джо. Её бы это точно не порадовало, а скорее заставило бы возненавидеть меня, возможно, даже без шанса быть прощенным.
— Поддержка ей сегодня явно понадобиться, — Вуди странно хмыкнул, выдавив противную ухмылку. Я хотел было что-либо произнести в ответ едкое, как вступительная речь, скорее всего, директора школы заставила обратить внимание на него, а заодно и на Джо, которая уже сияла на сцене, теребя в волнении бумаги с речью, заученной на память.
