— Пример моего деда тебе не поможет. Он был сэконунг. Свою землю он потерял. Устроил большой викинг, забрал всех, кого мог, а его землю за это время и поделили. Он мстил несколько лет, пока от трёх кораблей, что вернулись из викинга не остался один. А потом, ушёл на юг и там назвал землю своей. А всех, кто возражал, убил.
— Что? — переспросил меня хёвдинг. — При чём тут курица.
— А, просто это вопрос, не имеющий ответа. Если сказать "курица", то курица, ведь, из яйца вылупляется. Если "яйцо", то яйцо, ведь, курица снесла. Замкнутый круг.
— Ничего и не без ответа, — усмехнулся Грюнвард, — первых курицу и петуха сделали боги. А дальше они уже сами постарались. Так что думай. Хочешь, иди со мной до Висбю. Там всегда водятся ребята, которые ищут себе местечко в хирде и не прочь лишний раз подраться. Твоей доли вполне хватит на небольшой хирд, да, это будут не мои парни, но и не свейны. Дренгиры, примерно, как Хальгрим, когда ты за него взялся. Так что, запросы их будут не слишком велики. Обычно, все они умеют работать руками. Так что вы сможете поставить хутор и объяснить местным как с вами себя следует вести. А следующим годом сходим в викинг, пока они будут сторожить хутор. Там, дадут боги, и драккаром обзаведёшься. Ну и мне веселее сам-двое ходить, если не бросишь старика. Глядишь, так и до Миклагарда доберёмся.
— Спасибо за разумные советы, Грюнвард — хёвдинг Кровавый Клык!
— Ой, ну хоть ты не начинай!
— Наставник Рю, — Хальгрим аж приплясывал на месте от нетерпения, — я тут услышал, что ты свой хирд собираешь? Возьми меня, а? Да и Хротгар, как на меня посмотрел, сильно жалел, что не остался тогда со мной. Теперь тоже просится. Мы, если что, и из своей доли добавим. Мы же знаем, что за тобой не заржавеет. Только, чур в следующий викинг Грюнвард-хёвдинга мы с тобой идём.
— Ну вот, Рю-хёвдинг, и начал ты набирать свой хирд. — одобрительно хлопнул меня по плечу Грюнвард, но в глазах его была какая-то грустинка. Тогда я не понял её, а сейчас знаю. Так смотрят на выросшего ребенка, который начинает свой самостоятельный путь.
В Висбю мы поселились на постоялом дворе. Никогда не видел такой штуки. На Руяне был гостевой дом. Там паломники селились у кого родни не было на острове. Там можно было переночевать. А ели в харчевне. А тут — всё вместе. Большое строение. Есть и место для еды и клетушки для спанья. Можно, даже, отдельный домик занять, если пришли сразу толпой.
Слух про то, что молодой Рю набирает себе постоянный хирд из дренгиров без особых навыков распространилось по городу очень быстро и ко мне потянулись претенденты. Узнав, что будет требоваться полное подчинение самые неуправляемые отсеялись сразу. Узнав про тяжёлые каждодневные тренировки, отпали ленивые. Узнав про работу руками ушли гордые. Один так и заявил,
— Не для того меня мама воином рожала, чтобы я руки в смоле пачкал! Пускай трэли работают!
Я повернулся к Хальгриму и Хротгару и заметил,
— Хирдман, есть универсальная боевая единица сама в себе. Выброшенный голым на берег хирдман обязан в кратчайший срок обеспечить себя оружием, одеждой, едой и жильём. В том числе и из подручных материалов. Добрый клинок — это, конечно, хорошо, но каменный топор гораздо лучше пустых рук. А толстая кора, прикрученная лозой защищает лучше, чем голая кожа.
После отсева осталось десятка два потенциальных хирдманов, готовых, как они считали, к труду и обороне. Я закупил инструмент и договорился с одним ушлым владельцем кнорра о доставке меня и моих людей к месту будущего проживания. Мы поплыли на восток.
— Надо быть настоящим безумцем, чтобы хотеть поселиться в этих диких краях, — говорил мне хозяин кнорра по имени Снорри Храпун. Он не был викингом. Его душа больше лежала к торговле, хотя, он, судя по всему, не видел ничего дурного в том, чтобы присвоить себе чужое имущество силой. Больно уж задумчиво его команда, да и он сам просматривали на наши пожитки. Ну а кто, скажите на милость, будет искать два десятка молодых парней, ушедших жить к диким эстам и, вот незадача, сгинувших там. А за два десятка крепких трэлей можно взять неплохую цену. Надо только увезти их подальше от Висбю.
Всё это явственно читалось во взглядах Снорри и его людей. И, в какой-то степени я был этому даже рад. Если они решатся на нападение, то, тем самым, дадут мне возможность проверить моих ребят в деле. Но, с другой стороны, это меня огорчало. Парни совсем необученные и я мог из них многих потерять. Вот и думай, как лучше поступить, перерезать всех на привале или ждать открытого проявления их выбора?
Мы миновали два больших острова Эйсюла и Дагё[12], до конца нашего путешествия оставался день. Скоро всё должно было решиться. Пойдёт ли Снорри на нарушение договора, или сохранит честь?
— Мы тут с парнями поговорили и решили вас угостить! Настоящая медовуха. Не какая-то там ромейская кислятина. Напиток настоящих северян! — объявляет Снорри на последней вечерней стоянке.
