– Да, как только началось, сначала на машину, потом уже в отеле. Эта зараза как-то передается, ну там через раны или царапины?
– Тоже непонятно. Но были случаи, когда нормальные люди заболевали уже после того, первого дня.
– И связи никакой нет? Я имею в виду связь с армией, правительством.
– Это закрытая информация.
– Я просто пытаюсь понять, что делается для контроля ситуации.
– Делается все необходимое. Пока надо просто оставаться спокойными, и не паниковать.
– Куда вы собираетесь дальше?
– Это тоже закрытая информация. Зачем вам?
– Я думаю, может с вами поехать.
– Это исключено. У нас тут военная часть, мы гражданских не берем.
– Ясно. То есть – я сам по себе.
– Начиная с завтрашнего дня – да. Но давайте дождемся результатов проверки.
– Вы думаете, что вашего солдата я убил?
– Совершенно неважно, что я думаю. Мы должны проверить то, что вы рассказали. За своих людей я отвечаю, а погибший был одним из моих.
– Ясно. Я могу идти?
– Можете. Только не покидайте периметр. У нас дозорные повсюду, могут вас подстрелить, у них такой приказ.
– Приказ стрелять в людей? Нормальных людей? – я глянул в его глаза.
– Да. Если они могут хоть чем-то нам угрожать, то да, без колебаний. – в его глазах была серьезная уверенность в своих силах и правоте. Наверное, он был и впрямь хороший командир.
– Я вас понял. Мою сумку можно? – я указал на мою сумку, стоявшую на раскладушке.
– Да, заберите. Мы ее проверили, но ничего не взяли.
Я забрал сумку, вышел из палатки, и пока присел на траву неподалеку. Думай, думай!… Как лучше поступить? Из разговора с Грюнером я вынес для себя одно – никому он тут не подчиняется, он тут сам хозяин положения. И я ему не нужен, так что смысл ценить ему мою жизнь нулевой. Он вообще может прикинуть, что отпускать меня опасно – еще расскажу кому-то про их мини-лагерь. И тогда меня остается только пристрелить, в любом случае ему ничего за это не будет. Однако, вряд ли мне что-то угрожает, пока не вернется проверка. Значит, ночь в моем распоряжении, и надо ночью уходить. Ну вот, так проще – решение принято.
Остаток вечера я просто отдыхал. Было приятно не прислушиваться к шумам, не искать опасность – чувствовать себя защищенным. Несколько раз по два солдата уходили в разные стороны, через некоторое время возвращались те, кого они сменяли на постах. Разумно, правильно. Всех в лагере посмотреть и посчитать было невозможно, но на мой взгляд, всего тут было вряд ли намного больше двадцати человек. Немного, но все при оружии. Маленькая армия, ё-моё.
Вечерело, уже заметно смеркалось. Мне указали на раскладушку в одной из одинаковых палаток, там стояло четыре раскладушки, около двух из них лежали военные рюкзаки с вещами. Никого в палатке не было – наверное мои соседи сейчас на дежурстве. Ну что же, спать я тут особо не собираюсь. Дождик, робко начавшийся днем и потом прекратившийся, сейчас начал лить посильнее, наверное даже лучше для меня, в таких условиях проще уйти незамеченным. Немного полежу, отдохну, надо накопить силы. Эххх, жаль, что пистолета нет…
Видимо я очень быстро и легко заснул, и проснулся только от того, что кто-то буквально вбежал в палатку. Это был, видимо, один из моих соседей, глянул на меня он откровенно удивленно, но ничего не сказал, схватил свой рюкзак и выскочил наружу. Я сел, прислушался – говорили одновременно в нескольких местах, кто-то куда-то бежал, громко топая ботинками. Стряслось что? На нас нападают? Выстрелов не слышно. Я встал, взял свою сумку со скромными пожитками, и вышел на улицу.
Уже ощутимо темнело, все же я проспал совсем мало. Несколько солдат стояли группой у командирской палатки, к ним вышел херр Кнолль, и они разом ушли в сторону дороги. Еще двое выбежали из леса, и нырнули в жилую палатку рядом со мной. Сразу же оттуда выскочили, по пути надевая на спину свои рюкзаки, и метнулись к другой стороне лагеря, где так же собиралась кучка людей. Черт, похоже сейчас не до условностей, надо выяснить, что происходит. Я вошел в палатку Гюнтера, там кроме него был еще один военный, которого я видел впервые.
– Что вам нужно? Ждите в лагере, соблюдайте спокойствие! – Гюнтер был очень озабочен.
– Что вообще происходит?
– Вас это не касается. Я же сказал, ждите на своем месте и не мешайтесь моим людям.
– Мы тут все вроде в одной лодке, и если что-то происходит, хотя бы скажите! – пусть вышвыривает меня силой, если хочет. Но надо понять, что стряслось. Гюнтер чуть прищурил глаза, но то ли решил не разводить конфликт в лагере, то ли понял мой аргумент.
– Со второго шоссе идет большая группа зараженных, очень быстро. Судя по всему, могут зацепить нас.
– У вас же оружие, что вам эта группа.
– По докладам разведчиков, там больше ста человек. Надеемся, что они пройдут мимо. Идите, не мешайте сейчас.
