Выйдя из нашего домика и вдохнув поглубже, я тут же выкинула из головы Олины разглагольствования про любовь. Потому что утро в лесу – совсем не то, что утро в городе. Трава тут такая… настоящая, с капельками росы. И деревья – не чахлые городские заморыши, пропитанные автомобильными выхлопами. И слегка пахнет землёй, а не асфальтом. В общем, я собиралась наслаждаться лесом и одиночеством. Второе мне тоже было крайне необходимо.
Но, к сожалению, я оказалась на улице не одна. На крыльце мальчишеского домика сидел Егор. Нет, Егор не страдал от любви. Он же не тихий сумасшедший, как Оля. Он был вполне уверен в себе и даже самодоволен – такие не страдают.
– С добрым утром, Ириша! – восторженно сказал он, как будто специально меня тут караулил.
– Чего не спишь, Ерёмин?
– Ну как же, впитываю энергию восходящего солнца. Когда солнце восходит, то солнечные лучи лежат в воздухе полого и успевают набрать в себя много энергии.
– Ерёмин… – вздохнула я, – ты где такие книжки берёшь? На конопляном поле?
– Ира, Ира, – покачал головой Егор, – книги – это прошлое человечества. Они скоро пойдут на биотопливо. А пользоваться все будут Интернетом! Интернет – это очень экологично, не нужно рубить миллионы деревьев, чтобы отпечатать какие-нибудь учебники по алгебре. Там много информации и по биоэнергетике, и по фэн-шую, и вообще…
– Боже мой, а я думала, что ты там только порнушку смотришь.
– Какое открытие, Ира, правда? – Егор, вопреки ожиданиям, не обиделся. – Но я могу для тебя посмотреть интересующую информацию. Чья обнажёнка тебя интересует? Моих фоток там нет. Но могу поискать этого, Матвея.
– Не надо, – оборвала его я. – И вообще, с Матвеем – это не ко мне.
– Ну точно, ну. А кто на него вчера укладывался?
– И что? На кого хочу, на того укладываюсь. Только не на тебя. Понял?
– Ой, да подумаешь! – скривился Егор.
– Во-от! – со значением сказала я. – Ну давай, заряжайся, аккумулятор на ножках!
Не тратить же на него драгоценное утро. Уже через час все проснутся, нужно будет готовить завтрак и идти на озеро. Я ещё раз посмотрела на Егора, который уже уставился в сторону почти взошедшего солнца. Верят же люди в разную чепуху вроде любви и биоэнергетики…
По идее, нигде так хорошо не спится, как за городом. Я несколько раз ездил в летние лагеря, и всегда было так. После дневной жары город и ночью остаётся душным и накалённым. В лесу всё не так. Стоит зайти солнцу – и вот уже прохлада, а потом может быть и холодно. В городе спишь под простынёй, и к утру она влажная от пота, а в лагере нужно укрываться одеялом, а то под утро замёрзнешь. И всегда за городом я моментально засыпал. Раньше.
Этой же ночью со мной творилось что-то странное. Уже и Алмаз с Егором закончили болтовню, и Кирилл засопел, уткнувшись носом в щель между кроватью и стенкой домика, а я всё ворочался. Лёг я одетый, поэтому сейчас даже при неясном лунном свете было видно, что постель испачкана. Надо было переодеться, но на это не было сил. Я попытался стряхнуть кусочки травы и грязи, потом плюнул на это занятие и вышел на улицу. Ночной лес тихо шелестел, ветер приятно обдувал лицо. Я медленно обошёл наш домик. Что я тут делаю? Зачем я вообще тут? Мне нужно быть дома. Мне нужно хотя бы посмотреть на Юлю. Теперь я не могу с ней общаться, но видеть-то могу!
Незаметно для себя я оказался у домика девочек. Окно у них было закрыто, поверх стекла растянул паутину паук. У Олега, наоборот, окно было распахнуто. Как будто он не боялся комаров, летавших вокруг в поисках поживы. Я остановился напротив. Всё, что было сегодня, вдруг показалось мне нереальным. Ксения любит Олега, но ему не нужна; Оле нравится какой-то парень, но наверняка тот убежит от неё, как только послушает про резонанс и искры; Егору нравится Ира, но он ей не пара. Все были несчастны, мир был неправильно устроен. Может быть, и Кирилл, и Алмаз, и Олег тоже не нужны тем, кто нужен им. И только где-то в мифах, сказках и фильмах есть настоящие чувства. Чтобы сразу – и навсегда. И чтобы не было этой боли и пустоты.
Я сел на крыльцо Олегова домика. Почему-то мне хотелось, чтобы он вышел. Вышел и снова меня спас. Сказал что-то правильное. Что всё пройдёт и будет хорошо. Но Олег не выходил, наверное, ему тоже отлично спалось за городом. А раз он не страдает от любви, то и повода не спать у него нет. Я обошёл вокруг домиков ещё раз и вернулся в свой. Ходи не ходи – ничего не изменится. Так и будет – пусто и холодно. Я лёг на свою кровать и, помаявшись ещё немного, всё-таки уснул…
Утром меня разбудил Егор. Тем, что шумно возился в своей сумке. Наконец он что-то там выискал и вышел. Я попытался снова закрыть глаза и заснуть, но понял, что бесполезно. Солнце уже взошло, пора было просыпаться и что-то делать, двигаться. Я встал. Что делать – было непонятно. Пойти к Олегу, попросить телефон и снова позвонить Юле? Глупо.
