Егор нашёлся неожиданно. Он сидел на полянке в дальнем углу лагеря, около сломанных качелей. Чуть дальше мусорного контейнера. То есть в лес не убежал. Его было хорошо видно в свете восходящей луны. От качелей остались столбы и заржавевшая рамка сидушки. Рамку Егор тихонько шевелил рукой, от этого ржавые соединения неприятно поскрипывали.
– Ерёмин, ты очумел совсем? – накинулась на него Ира. – Думаешь, нас радует за тобой бегать?
– А ты бегаешь? – уточнил он. – Мне показалось – ходишь под ручку. И тебе хорошо.
– Ой, ну только не начинай!
– Отстань, – сказал Егор и икнул.
Надо сказать, говорил он как-то странно. Но потом я увидел, как он поднял руку и отхлебнул что-то из пластиковой полторашки, и всё встало на свои места. А если принюхаться – то и ещё яснее.
– Чо вылупился? – Егор махнул в мою сторону рукой. – Пива не видел?
– Урод! – накинулась него Ира. – Из-за тебя нас всех Олег может в город завтра увезти. Ты его знаешь как достал!
– Ну точно, ну извлёк прям, – изобразил кивок Егор. – Ты вот ходишь ночью под ручку с чокнутым и орёшь, а я тихо сижу один с бутылкой пива. Считаю, что моё поведение нормальнее.
Егор отхлебнул ещё и с видимым усилием проглотил.
– Может, хватит, а? – возмутилась Ира. – Ты, алконавт-любитель, я тебя не поволоку!
– Ой, ё-моё, я тебя упрашиваю? – ехидно спросил Егор и снова икнул.
– Фу, ну и сиди! – громко сказала Ира, выдернула свою руку из-под моей и пошла обратно.
Через пару секунд послышался хруст веток и чертыхание.
Я остался один с Егором, которого если и нужно было спасать, то от алкогольного отравления, а не от потенциального полёта с крыши.
– Ну что, поговорим? – спросил Егор. – Хочешь пива?
– Не хочу, – сказал я.
– Чо, такой герой, да? – Егор снова отхлебнул.
Наверное, стоило отобрать у него бутылку, иначе ему скоро станет совсем плохо. Полтора литра пива одному-то… Не алкоголик же он. Но я вдруг как-то резко почувствовал, что за сегодня устал. Слишком много непонятного происходило. Лечь бы сейчас и выключиться…
– Не слышу? – добавил Егор.
– А чего хочешь услышать-то?
– Вот дурак, – утвердился вдруг Егор в какой-то своей мысли и радостно рассмеялся, показывая на меня пальцем. – Ты, – выговорил он со значением, – дурак!
– Если Олег узнает, что ты так напился, он нас в город отправит. – Я сел рядом на корточки.
– Тебе не по́фигу?
– Нет, – сказал я.
– А мне по́фигу, – со значением сказал Егор.
– Тебе Ира нравится? – задал я вопрос. – Ты её любишь? И поэтому тебя плющит?
– Иру? – ухмыльнулся он. – Не-е-е… Она такая дура.
Он снова приложился к бутылке. Только в этот раз, очевидно, пиво пошло совсем нехорошо, потому что он закашлялся.
– Она хорошая, – сказал я, – только тебя не любит. Так бывает.
Егор не ответил, только икнул пару раз.
– А давай подерёмся, – наконец предложил он.
– Зачем? – спросил я.
– Я тебя ненавижу, – ответил он.
– Давай в другой раз.
– А если бы ты был пьяный, я бы тебя так отлупил, – мечтательно произнёс Егор. – Раз не хочешь драться – вали отсюда.
– Пойдём, – протянул я ему руку. – Иначе Олег увидит. А так я тебя доведу до нашего домика и спать положу. Как будто ты и сам лёг.
– Без тебя доберусь, – отказался Егор.
Впрочем, и моё предложение, и отказ были уже запоздалыми. Сзади хрустнули те же ветки, об которые недавно запнулась Ира, я обернулся и увидел Олега.
– Всё нормально? – спросил он.
– Я не пью, – сказал Егор.
И тут его стошнило.
Голова шла кру́гом. Кажется, Матвей сочувствовал Егору. Только я никак не могла понять почему: потому ли, что я ему теперь тоже нравлюсь, или потому, что его тоже отвергла какая-то девушка. А может, он и сам не знал, в чём дело. Может, его мысли были так запутаны, что не поддавались не только телепатии, но и ему самому. Вчера вечером он вёл себя странно. То зависал вдруг на полуслове, то вдохновенно нёс ерунду, потом ещё руку мне поцеловал. Если бы Ксюха видела, умерла бы от зависти: такой чушью набиты её любимые романчики. На самом деле это было довольно неожиданно и даже страшновато. Наверное, я поторопилась считать Матвея нормальным.
Это утро, хоть и было солнечным, не предвещало ничего хорошего. Потому что исход его был однозначен: Олег Сергеевич расскажет Егору, как тот дерьмово себя повёл, а после этого мы, скорее всего, дружно уедем в город. Потому что убирать вокруг озера уже почти нечего. А в городе всё будет так же плохо, как раньше, но только ещё хуже, потому что Матвей учится не в нашей школе и его я больше не увижу. А в нашей школе и глядеть не на кого… Выходит, Ерёмин всё-таки отравил мне жизнь. Хотя и я ему отравила. Ходил себе, вероятно, весь год, и его устраивало, что если не он со мной, то хотя бы никто. А тут Матвей. И не надо было тупой план мести придумывать. Всё получилось само собой. Да ещё как получилось! Не успела притвориться влюблённой, как парень понравился на самом деле. Ксюхе теперь мстить тоже было поздно: достаточно с неё пореза.
Я умылась у колодца и пошла к домику. На скамейке, нахохлившись, сидел Алмаз.
– Что, не поспалось? – спросила я, присаживаясь рядом.
– Т-там такой д-духман, – скорбно сказал Алмаз. – П-перегар.
