Задыхаясь от желания размазать собственного предка по ближайшей стенке — они стояли в одном из длинных коридоров, оформленных тёмной каменной кладкой, о неровности и выступы которой так удобно было бы приложить кое-чей затылок — наследник и жених сквозь зубы перечислил всё, что должно остановить любого мужика, и засунуть собственное неуместное вожделение…да хоть себе же в глотку. Любого, но не этого конкретного. Ар не обольщался: царившие среди знати нравы он знал не понаслышке, но не собственную же невесту, без пяти минут жену, и кому!..
— В некоторых странах до сих пор практикуют право первой ночи. Даже жалко, что мы от подобного ещё при короле Шакхерте отказались, — протянул отец.
Должного почтения к предыдущему монарху он не испытывал.
Ар отвёл взгляд от папашиного лица, когда понял, что высматривает ту его часть, в которую хотелось ударить в первую очередь.
— Выбери другую невесту, не вижу проблемы, — спокойно предложил родитель.
— Теолара — не лошадь. Ни одна женщина не заслуживает подобного отношения. Я сделал выбор и о нём объявлено.
— Это не проблема. Помолвку можно расторгнуть, любая другая будет счастлива войти в наш род. Мы найдём, что объявить и чем загладить недоразумение перед её семьей.
— Не трогайте Лару, — по слогам выплюнул Ар тому, на кого был столь похож лицом. — Я не напоминаю о вашей супруге и элементарном уважении к ней: нельзя требовать того, чего нет. Мне нет дела до ваших постельных развлечений, но не смейте тянуть лапы к моей невесте.
— Грозный какой! — издевательски восхитился отец. — Вырос, что ли?
В последующие дни родитель вёл себя на удивление смирно, барышню не смущал и сына не доводил. Только вот Ар не спешил радоваться. В день отъезда Теолары он застал рядом с ней папашу, что-то увлечённо объясняющего и державшего её запястье в своей ладони. Лара терпела и вежливо улыбалась, скованно переступала с ноги на ногу у высокого, от самого пола, окна с тонким белым узором на стекле. От него не укрылось, с каким облегчением она выдохнула и, вынув кисть из захвата родителя, направилась к жениху. Ар обхватил её за талию, а неприязненный взгляд адресовал отцу.
— Объясните мне, что вы делали? — ледяным тоном осведомился сын и поймал ответный, с недобрым прищуром отцовский взгляд.
Теолара нерешительно протянула жениху свою ладонь. На запястье Ар увидел витиеватый узор из тонких чёрных линий.
— Красиво получилось, да? — отец кивком указал на рисунок. — Показывал прекрасной Теоларе свои скромные умения в начертании рун.
Помнил он эти «скромные» умения»! Лет шесть прошло, и на его теле ни малейшего следа, ни намёка на ту кровавую печать.
— Зачем? — поднял бровь Ар.
Он провёл пальцем по чёрным линиям, пытаясь стереть узор, но тот держался крепко.
— Просто так. У нас зашла беседа о персональном магическом даре — я рассказал о своём и показал, как это выглядит. Не беспокойся, сын, это просто рисунок, через некоторое время он пропадёт сам.
Лара наскоро попрощалась и поспешила к порталу, не высвобождаясь из полуобъятий жениха.
— Извини, пожалуйста, — покаянно начала она, едва они спустились по широкой мраморной лестнице. — Твой отец был так настойчив в своём желании продемонстрировать познания в рунологии…
У Ара нехорошо посветлели глаза.
— Нет, нет, ничего предосудительного он не делал! Я сама спросила, просто чтобы поддержать разговор… Не думала, что он начнет наглядную демонстрацию. Мне не по себе, — шёпотом закончила девушка, и за этот её взгляд, потерянный и испуганный, Ару немедленно захотелось родителя прибить.
— Давай сократим твои неофициальные визиты к нам, — с тяжёлым сердцем предложил он, привлекая невесту к себе. — Ограничимся оставшимися официальными встречами, а с простыми визитами я буду сам приезжать к вам. Мы ведь можем согласовать это с твоей семьёй, Лара?
Она благодарно кивнула и опустила ресницы, прежде чем он поцеловал её.
Разговора с отцом по возвращении домой не получилось: тот решил самолично поприсутствовать на громком судебном процессе и отбыл на несколько дней в соседний город. Ар же всё более убеждался, что спокойной жизни им с Ларой под одной крышей с папашей не будет. Ему нравилось в столице, и объективно его место было здесь, однако он всё чаще задумывался об отселении в другой замок, в идеале — как можно дальше от бесстыдных поползновений великовозрастного, но всё ещё привлекательного отца. Слухи и пересуды окружающих волновали бы его меньше всего: в первую очередь спокойствие и безопасность супруги. И детей, когда таковые появятся, желательно воспитывать в отдалении от дедули. Пусть хотя бы у его детей будет хорошее счастливое детство.
Вот только как быть с мамой и мелкими братьями..?
Безветренным утром от невесёлых раздумий его прервал вызов к отцу. Суровый и серьёзный, он возвышался над парящей над столом картой. По-военному чётко объяснил суть задачи, отметив на карте координаты, по которым сыну надлежало отправиться.
— Твоя очередь ехать с проверкой, — подытожил он.
