Он не собирался разводить с девушкой долгих прелюдий и трепетных сантиментов — не за тем он её звал, не за тем она решилась прийти. Но руки против его воли вернулись к её бледному лицу и большие ладони сами собой легли на её щеки, скулы, тронули маленький дерзкий подбородок. Ещё один поцелуй, продолжение того, первого, который так и оставался гореть на его губах всё то время, пока Элге плескалась в купальне, а он изнывал в ожидании. На него она тоже не ответила, но ему стало всё равно.
Медленные движения, медленные поцелуи и игры в гляделки кончились. Чего Элге совсем не сумела сделать — это держать глаза открытыми, и опустила ресницы. Кажется, Ар не обиделся, как и на безвольно вытянутые вдоль тела тонкие руки. Едва успев сгрести её в объятия, он уронил их обоих на расстеленную постель, наконец-то получив Элге в полное и безраздельное владение. Маг ничего не говорил, только хватал воздух ртом в коротких перерывах между долгими поцелуями. Она не заметила, когда он снял с неё сорочку и избавился от собственной одежды. Кожа к коже, он был весь такой тёплый, почти горячий, разве что искры не сыпались. Никогда в жизни её не целовали и не трогали…так. Снова и снова, каждый сантиметр её тела был изучен его ладонями, пальцами, губами, языком. Он настолько погрузил её в волны своей страсти, что незаметно для самой себя Элге начала отвечать, прикасаясь руками, едва заметно и нерешительно, хотя его реакция подсказывала, что он в восторге и жаждет ещё и ещё. Его кожа под её ладонями была упругой, а вовсе не вялой и дряблой, как у старика, которым представляла лесного мага молва. Да и его желания, его реакции — всё указывало на то, что он далеко не стар. Разве что откликался он на каждое её касание так, словно был лишён обыкновенных тактильных радостей долгие годы. Его поцелуи, голодные, нетерпеливые, были приятны и вызывали ответную дрожь, а его так просто трясло от нетерпения.
Если боги иногда слышат и исполняют желания — то вот оно, лучшее из того, о чём он мог попросить. Он увидел, что вызывает у девушки неприятие, и не только отталкивающей внешностью, но в настоящее время не чувствовал её отвращения. И пусть она не целовала его сама, не смотрела в глаза, но ему, кажется, было достаточно и того, что она находится настолько близко, и того, как забывшись, притягивает его за плечи ближе к себе. Когда там, в конце, не выдержав, он взорвался и распался на много маленьких частичек, слушая грохот в ушах- на краю сознания он слышал и её вскрик. Оглушённый, опустошённый, в состоянии бесконечной эйфории, он вынырнул обратно, с трудом переводя дух. Размыкать рук и не подумал: ещё немножечко побыть вот так. Целым. Упираясь взмокшим лбом в нежное девичье плечо, сходя с ума от её запаха.
Пусть девушка почти все время не размыкала век и только принимала поцелуи, но то, что не осталась неподвижно-покорной…это…это волшебство, которого Ар не заслуживал, но очень хотел.
— Ты тяжёлый, — еле слышно напомнила Элге.
Хочешь-не хочешь, а пришлось менять положение. Он перекатился на спину, освободив рыжую от собственной тяжести, но устроился максимально близко, подперев ладонью голову, чтобы иметь возможность разглядывать лицо девушки. Высвободил её волосы, перекинул ей через плечо и, пусть они закрыли ему часть обзора, зато можно было трогать огненные пряди, пропускать сквозь пальцы, любоваться игрой цвета. Тёмные с проседью волосы закрыли часть его лица с повреждённой стороны и, приоткрыв глаза, Элге увидела над собой его почти нормальное, похожее на человеческое лицо, на котором ярко выделялись глаза необычного, светлого аметистового оттенка. Которые самым бессовестным и наглым образом её рассматривали и, не выдержав, она прикрыла веки. До её щеки дотронулись сухие тёплые пальцы, провели несколько легких линий — штрихов, почти щекотных.
— Тебе было плохо? — тихо поинтересовался Ар, не убирая руки, наслаждаясь прикосновением к нежной шёлковой коже.
Не открывая глаз, она едва заметно шевельнула головой: нет.
— Ну и хорошо.
Он продолжал касаться её лица, очерчивая линию бровей, разглаживая переносицу, обводя контур губ. Рыжая приоткрыла глаза и заставила себя смотреть на него. Просто… просто человеку не повезло: столкновение с пламенем, наверное, но, пусть облик и изуродован, это не результат контакта с потусторонними тварями, нежитью или чем-то подобным. Наверное.
— Ар, а что…почему… Из-за чего у тебя вот это? — осторожно поинтересовалась девушка, пальчиком едва весомо прикоснувшись к правой щеке.
Он поморщился.
— Не надо тебе это знать…Элге.
Она вздохнула.
— Не хотела тебя обидеть.
— Не хотела — и не обидела.
— А…
— Хватит, — остановил маг, снова целуя её.
— Что ты делаешь?! — невнятно возмутилась она, когда мужчина ненадолго оторвался от своего занятия.
— Продолжаю, — обозначил Ар очевидное, еле выговаривая слова непослушным голосом, сорвавшимся в хрип. — Неужели ты надеялась, что будет…только один раз? До рассвета еще не спать и не спать, а сон я тебе не обещал.
Она протестующе засопела, и ему вдруг захотелось улыбнуться.
