Кивнув на мешки, Аттис с хмурым лицом открыл канал перехода, дождался, пока его люди по очереди войдут в портал, сам шагнул последним. Ар так и простоял спиной к мальчишке, подпирал плечом дерево до тех пор, пока пространство опять не раздвинуло свои границы, выпуская в лес вернувшегося Аттиса.
— Пойдём, мальчик, провожу тебя в Леавор. Тебя осмотрит наш целитель, потом придётся пообщаться с дознавателями, но ты ничего не бойся. Пойдём.
Парнишка оглянулся на замершего поодаль колдуна, желая ещё раз увидеть его лицо и одновременно страшась этого.
Маг молча, не поворачиваясь, ушёл в лес.
— Книгу можешь забрать, — произнес Ар угрюмо.
Пальцами механически оттарабанил по переплёту заковыристый ритм. Визиту Вестеро он снова не обрадовался, демонстративно не предложил ни чаю, ни наливки, однако темноглазый королевский маг ни к обидчивым, ни к сильно скромным себя не причислял и чаю заварил сам. Себе и негостеприимному приятелю, которого о своем приходе предупредил запиской, и проигнорировал ответ в виде струйки сизого пепла, выброшенного в камин его спальни в королевском дворце. Всё понятно, чего тут непонятного: пепел — это отказ. А когда Вестеро смущали отказы всяких… бирюков?
— Судя по твоему лицу, ценной информации вельты не сохранили? — уточнил темноглазый осторожно.
— По моему лицу, да… — эхом повторил Ар, дотронувшись до пострадавшей щеки. — Ценного в книге немало. Но по моему вопросу — ничего.
— Послушай…
— А перевод я выполнил. Возьми, для его величества. Пригодится. Очень много по целительству, кое — что по защите от проклятий разной степени тяжести.
— А…
— Видимо, у меня что — то совсем уж единичное. Никогда не встречавшееся ни до, ни после.
Маг положил на древнюю книгу папку с пачкой исписанных листов. Голос прозвучал — никак.
— Ар!
— Не стоит.
Вестеро раздражённо рыкнул.
— Его высочество Дастьен собирается нанести родственный визит в Берден, — упрямо продолжил он. — Поздравить с юбилеем любимого дедушку. По слухам, у правителя неплохая библиотека с очень редкими экземплярами, и мы…
— Вестеро, я и тебе, и вам, — выделил последнее слово маг, — бесконечно признателен за содействие, неравнодушие…что там ещё? Ослиное упрямство и далее по списку, но — достаточно. Я половину жизни, если не больше, провел в поисках какой — нибудь, хоть какой — нибудь зацепки. Я изучил такие ритуалы, за которые не собирался браться никогда в жизни — экспериментов папаши, знаешь ли, за глаза хватило! Отца не поленился с того света достать! Если бы это принесло хоть какой-нибудь результат! Нет нужных описаний в книгах, Теро! Нигде нет! Если и были когда-то записи, то они уничтожены. Ни одна ниточка за всё это проклятое время ни привела ни к чему!
— Потому что ты не веришь! — неожиданно повысил голос дворцовый маг. — Ты хочешь освободиться, но как-то… абстрактно. Многое делаешь механически или как одолжение: ой, ладно, так и быть, посижу над фолиантами, раз вы мне их притащили! Так и быть, опробую и вот этот рецепт, давайте сюда ваши травки и порошки! Есть способ, не может он бесследно исчезнуть! Если путь нашёл твой… отец, то и мы сможем пройти по нему, и мы найдём!
— Вестеро! — угрожающе поднялся Ар.
— Кто-то должен напомнить тебе, раз ты сам наплевательски относишься к поискам! Я бы тебя не дёргал с этими переводами, но я не знаю древних языков! Нет у меня к ним способностей, сколько бы не занимался. Так что извини, самый сильный специалист в данной сфере — ты. И я буду тебя эксплуатировать столько, сколько понадобится, хоть всю жизнь! Мою, твою — не имеет значения! И Бастиан не отстанет.
— О, еще один упёртый адкарш[3]!
— О да. Но не упёртее тебя. Так вот, поскольку я сопровождаю наследного принца, как минимум вдвоём мы что-нибудь из этой библиотеки…
Ар снова невежливо перебил:
— Тайком, как воры?
— Если понадобится, — беспечно пожал узкими плечами приятель. — В конце концов, потом вернём.
Через несколько дней в лесном домике появилось обещанное сокровище: пара очень старых, неплохо сохранившихся книг и небольшой ларчик, обтянутый коричневой кожей, с драгоценными свитками, ещё более древними, чем книги. Маг хмыкнул, признав в турмалиновых узорах королевский герб Берденов, коснулся подушечками пальцев утопленных в крышку граней. Смело — умыкнуть свитки прямо с ларцом; Дастьен дерзок, как все Орсанды. Рельефный рисунок на тёмных кожаных переплётах книг от старости почти полностью сгладился, рубины и жёлтые бриллианты, некогда украшавшие почерневшие металлические замочки, сохранились в своих гнёздах лишь частично, зато с буквы на страницах ещё угадывались, разобрать можно. Скоро зима, вечера будут длинные, тихие и пустые — самое время для просиживания над незнакомыми символами. Ещё раз погладив выложенный дорогущими камнями знак, с неожиданно светлой улыбкой, на мгновение показавшейся на губах, он убрал сокровища в тайник.
