В отчем дому, где мы жили богато,в голых стропилах гуляют ветра, —это, родная, законная плата…Что ж ты с собой сотворила когда-то, —правды ль пытала? палат ли из злата?что ж ты искала добра от добра?Вольно же было вам, баричам Русским,ложною мыслью пленившись, блистать,слушать цыганок да девок французских,вечное хаять – и бурю скликать!Вот и пришла. Над разверстою безднойв ужасе стынет разграбленный край.Кто наследил тут пятою железной?Чудо ли Юдо? Бату? Иль Мамай?Сколько их было? Да разве упомнишь! —В нашей беде и беспамятство дар.Кто они были? И памятью тонешьв лица безумные новых татар:хлоп перемётный и жид из Варшавы,беглый абрек и германский шпион —каждый искал не поживы, так славыв серое утро твоих похорон.…Нам ещё долго замаливать, каяться,горькую пить и учиться уму.Долго ещё нам юродствовать, маяться —всем! – в разворованном отчем дому.1988–1989; из цикла «Растерянность»
<p>1917</p>…Так и было: встречали их песней недужной и вечной, —что прощанья, что встречи – у нас эта песня одна, —и с Великой войны принимая калек и увечных,над великим страданием выла больная страна.Так и было: поникли убитою славой знамёна,горьким дымом тянуло от скорбных, голодных полейнад венцом подневольным униженной царской короны,под оглохшим набатом святых Православных церквей.И от зорь нестерпимых на годы полмира ослепло, —это небо пылало, и пламени не было дна,это было исчадьем грядущего вечного пекла.И на Русскую землю всходил Сатана.1987
<p>«Ждать ли нам Воскресенья?..»</p>– Ждать ли нам Воскресенья? —Страшный ветер, дикий ветер с окраин идёт.Чёрный свет наши застит глаза, совесть жжёт.Что нас ждёт?Что – п о т о м?Царской кровью навек бесовьё повязало народ;и Царевич без крика кричит окровавленным ртом:– Вам не будет спасенья!1987
<p>Измышления</p>Бывают странные сближения.
