— Стой! — крикнул Молотин. — Заблудишься, идиот! Мы его и так поймаем, я дам приказ и всю территорию оцепят, — выкрикивал он через свист метели, — лес небольшой, никуда не денется! Стой, говорю!
Всякие уговоры были бесполезны, Градатский уже пропал из виду. В голове его крутилась лишь одно желание: «Настигнуть». Он шел на зов своей чуйки, пробираясь всё дальше. Ветви хвойных деревьев неистово плясали, их черные силуэты, слившись с пургой, подобно хлыстам рассекали пространство с цепенеющим свистом. Лес находился на холму, подъём куда превратился в нешуточное испытание. Ветер резал кожу, он был так силён, что никакая одежда не спасала. Бесполезные лоскуты ткани лишь бросало по сторонам. Беспутников уже преодолел холм, пока Градатский плутал где-то далеко позади. Теперь дорога уходила вниз под небольшим градусом. Смело сделав шаг вперед, снег под его ногами резко размяк, отчего пятка ушла вниз до икры. Беспутников под силой инерции накренился вперед, свалился и покатился, вывихнув лодыжку. Он преодолел метров двадцать с криком, пока не остановился об еловую крону. Удар был внушительным, он сбил снег с ветвей, которые тотчас же его завалили. Он потерял сознание, оставшись замерзать под ледяной грудой.
Градатский смог различить громкий крик и звук удара в буйстве метели. Он послужил ему ориентиром, которому он уверенно следовал. Через некоторое время Градатский также поднялся на холм, он уже не чувствовал своих ног и рук, кожа его горела холодным пламенем, однако всего этого он не замечал. Внизу он увидел, как из сугроба торчит тело, и последовал туда. Аккуратно и грациозно скользя по белому полотну, Градатский оказался внизу. Ему осталось всего несколько метров и как раз в этот момент Беспутников открыл глаза. Он специально оставался недвижим, чтобы подпустить противника ближе. Держа тот самый короткий ножичек, он готовился совершить резкую атаку и повалить врага одним ударом. И вот Градатский на расстояние вытянутой руки, и Беспутников совершает выпад, оттолкнувшись здоровой ногой об ствол, чтобы прибавить в скорости. Градатский, среагировав молниеносно, наклонил голову чуть в бок, отчего лезвие лишь легонько поцарапало его. Беспутников полетел дальше, и Градатский совершил апперкот прямо в легкие, откинув его. Нож улетел прочь, и беспомощному Беспутникову оставалось лишь глазеть на возвышающуюся серую фигуру.
— Доставил же ты проблем, — заговорил Градатский. — Столько стараний, столько планов и ради чего? Чтобы вот так сдохнуть в лесу… омерзительно.
— Что ты имеешь ввиду? — задыхаясь и кашляя, спросил Беспутников.
— Вы одни из немногих одаренных величайшим даром… я бы сказал личным гением… разумом, — возвысил он. — В мире безмозглых фанатиков денег, Бога или власти лишь две вещи поистине делают жизнь не напрасной. Это разум и цель, ради которой этот разум нам был дан. И Вы так напрасно профукали свой шанс сделать что-нибудь стоящее, что-нибудь… что повернуло бы этот чертов мир… гнилой и скучный мир к нам своим лицом! а не более привычным задом, Вы понимаете о чём я говорю?! — он говорил эмоционально, активно жестикулируя. — Вы могли стать больше чем просто куклой в руках Бога, но решили использовать своего гения чтобы утешить низкую эгоистичную обиду! — крикнул он. — Вместо того, чтобы сломать всю гребанную систему, уничтожившую Вашу жизнь, Вы сконцентрировали свои силы на одном лишь мальчике… И даже тут потерпели неудачу, Вы не смогли сломить дух, дух человека который ещё не сформировался. Если Вы не смогли сломить неполноценную душу, то мне страшно, оттого какой она станет в будущем. Боровский — это юноша на перекрестке, он лишь щупает этот мир в поисках своего пути. Вы же этого пути лишились, как и лишитесь сейчас своей жизни. Теперь моя очередь исполнять уговор. Но должен сказать, я убью Вас не из-за своего обещания… а из-за чувства, которое ты заставил меня испытать вновь… чувства беспомощности… я убью тебя, потому что честно хочу убить.
Он подошел к торчащей рукояти ножа и поднял его. Чуть покачиваясь от усталости и ветра, Градатский навис над Беспутниковым, держа нож в обеих руках. Сев на корточки, он приставил лезвие к его горлу, наблюдая за тем, как испуганные глаза запоминают свой последний пейзаж.
И так настал конец…
Метель ослабила свой натиск, и полицейские продолжили поиски. Они наткнулись на Градатского, выходящего из леса. Его руки были в крови, рукава также были испачканы, а несколько брызгав остались на лице. Пепельные волосы покрылись ровным алым пятном, растекшимся даже до глаз, которые оставались безжизненными, словно мертвыми. Словно у того, кто был убит в этот день, словно у того, кто тихо лежал под еловой тенью, растекаясь в непонятной сумасшедшей улыбке, словно это был он, а не Беспутников. Он продолжал держать в руках окровавленный нож и медленно шагать вперед, смотря в некую пустоту перед собой. Полицейские в страхе схватились за кобуру, ожидая неладного. Увидев их, он спокойно произнёс:
— Метров двести-триста вперёд, переберетесь через холм… он лежит там.
