Велеслав протянул свою раскрытую ладонь к изумлённому лицу Яглы, бережно коснувшись раскрасневшейся щеки. Нежно проведя по ней прохладными длинными пальцами, которые переместились к подбородку, чуть вскинув его так, чтобы Ягла подняла свои голубые глаза на него. Немигающий взгляд Велеслава опустился на манящие уста девушки. Уверенным неспешным движением свободной руки Велеслав притянул к себе Яглу, крепко и властно обхватив её за стройную талию. В глазах его мелькнула нехарактерная для него, всегда такого серьёзного и непреклонного, нежность, и, не пытаясь больше себя сдерживать, он, не медля, потянулся к губам девушки. Ягла тотчас же поняла, что должно случиться вот-вот. Сейчас она испытывала множество непонятных ей чувств: смятение, волнение, смущение, трепет, а также неловкость вперемешку со стыдом, который прорастал в её душе, как только мысленно она возвращалась к Беломиру, с которым неизвестно что сталось. Поддавшись нахлынувшему на миг благоговению, Ягла подалась навстречу Велеславу и их мягкие тёплые губы слились в нежном безмятежном поцелуе. Этот долгожданный и неминуемый поцелуй был наполнен чувством любви и желания быть рядом друг с другом. Это был поистине момент слияния душ, которого каждый из них, хоть и, не признаваясь себе в этом, так отчаянно ждал и желал. В этот миг Ягла совсем не думала ни о беспорядке на полу, ни о Беломире, ни о бабушке — Велеслав будто околдовал её разум в мгновение такой недолгой близости. В Явь Яглу вернул хриплый голос, раздавшийся за спиной Велеслава, и она была вынуждена резко отстраниться от парня, тяжело дыша и краснея.
— Да, братец мой, не ожидал я такого от тебя. — Беломир поднялся и, шатаясь, привалился на стену, потирая ушибленный лоб. — Чего сразу не сказал, что чувства у тебя к Ягле? Зачем нужно было меня использовать себе в угоду?
— Я не использовал тебя, брат. — Велеслав развернулся и уверенно глянул на Беломира. — Всё дело в свитке, что Яга дала — в нём заключалась твоя суть белбожья. А вот откуда ты знал содержание его, вот это уже вопрос другой?!
— А первый же вопрос в чём? — хмыкнул Беломир, пытаясь бодриться перед братом.
— А первый: откуда эти письмена у деда Звана? — Велеслав перевёл вопросительный взгляд на Яглу, та стояла раскрасневшаяся и растерянная, не понимая того, как она позволила себе так оплошать, зачем выказала истинные чувства Велеславу.
— Я...Я не знаю этого. — выдохнула девушка. — Беломир, ты как? Что ты чувствуешь?
Беломир попытался встать твёрдо, но ноги его совсем не слушались, и он так и остался стоять, привалившись к бревенчатой стене.
— Не понимаю, что чувствую. — потряс головой Беломир. — Вроде бы и злиться должен, а не получается. Вроде бы и расстроиться должен, что брат чувства свои к тебе от меня таил, а не выходит.
— А может Велес не от чистого сердца так себя повёл? — гордо вскинула голову Ягла. — С Мореной — союз, а меня высмеять решил?
— Яга, ты чего? — Велеслав стоял между Беломиром и Яглой словно меж двух огней, и недоумевал, почему эти двое накинулись на него. Ведь он рассказал им всё, даже больше чем следовало бы рассказать. — Я же к вам со всей душой. Я не лгал вам! А вы спеться решили тут, объединиться супротив меня?
Ягла и Беломир переглянулись, ведь они ни о чём не сговаривались за спиной у Велеслва.
— Тебя Яга, я полюбил, знать, раз так себя повёл! — голос Велеслава стал громче и надрывнее. — А тебя, брат, я не предам никогда. И ты об этом прекрасно знаешь. Я тоже оказался в этой ловушке вместе с вами, точно в медвежьем капкане. А вы мне вот это говорите теперь?
Ягла пожалела о сказанных ранее словах и решила подойти к Велеславу поближе, хотя он сейчас выглядел довольно разъярённым и озлобившимся, она его почему-то не испугалась.
— Велес, прости. — девушка дотронулась тёплой рукой до часто вздымающейся груди Велеслава, в которой бешено колотилось сердце, но он сам остался недвижим. — Прости, коль обидели словами невольно выскользнувшими.
Велеслав мягко перехватил руку девушки своей и сильнее прижал её к беспокойному сердцу, проговорив:
— Пока здесь бьётся сила жизненная, я всегда буду на вашей стороне. Но коль убьёте во мне веру в нас — не серчайте. Разобьётся она и окаменеет, глыбой холодной станет.
Ягла обвила Велеслава обеими руками, уткнувшись носом в его плечо и, всхлипнув, произнесла уверенным голосом:
— Пока мы вместе — никто не посмеет пользоваться нами в угоду себе и во вред нам. Я всегда буду на вашей стороне.
Беломир тихо подошёл к стоящей в обнимку паре и, широко разведя руки в стороны, обнял их двоих.
— Я всегда буду на вашей стороне. А ежели худо надумаете, да в спину сталь холодную воткнёте — не серчайте и вы.
