– Делай, что сочтёшь нужным, но уволь меня от твоей второсортной иронии жулика. И почему типы вроде тебя не могут просто заткнуться? Вы как будто соревнуетесь, кто толкнёт самую пустую речь, а остальные только и думают: будем надеяться, они скоро доберутся до сути и мы засветло разойдёмся по домам.
В уголках Мардукова рта опять заиграла улыбка. Выглядел он сногсшибательно, и мысль выбить его отбелённые зубы его же собственной сердечной книгой была очень соблазнительна. Друг за другом просвистели две пули, но так быстро, словно выстрел был один-единственный. Слух у Изиды был тонкий, и на ум ей пришёл только один человек, умевший стрелять так искусно и попадавший при этом в любую цель.
Одновременно оба библиоманта слева и справа от Мардука свалились замертво.
Сеть потеряла свой вес: четверо подручных Мардука отвлеклись от рук и ног Изиды, озираясь в поисках стрелка, ещё два библиоманта скончались в следующее мгновение.
Изида освободилась.
Мардук что-то прорычал, после чего окружил себя столбом фиолетовых искр. Прежде чем он перешёл в портал, Изида вгляделась в его лицо: он больше не улыбался. Его взгляд сосредоточился на ней, а в глазах стояло удовлетворение, ведь теперь он знал, каков будет её конец. Мардук наверняка уловил тень Абсолона, и определённость относительно её будущего наполняла его торжеством. Он растворился в сиянии. Оба выживших библиоманта поднялись на ноги и вынули оружие. Но ещё секунда – и выстрелы уложили их наповал.
Изида смахнула с себя сеть и, пружиня, вскочила на ноги. Автоматический пистолет, которым Дункан уложил свиту, теперь был направлен в её сторону. В конце переулка Дункан вышел из тени в золотое сияние пустоты, с окровавленным носом и ушибленным виском, и ничуть не походил на того человека, кого ещё недавно так хотелось поцеловать.
– Подлая, коварная, гнусная…
– Дункан! Берегись!
Обернувшись, он увидел то, что секунду назад предстало перед глазами Изиды.
Отовсюду сбегался народ – новые лакеи Мардука, видимо, сборщики дани, регулировавшие по его указу дела в Портобелло. У них было огнестрельное оружие и ножи, у некоторых – даже топоры. Патронов в обойме у Дункана не хватило бы и на треть из них.
– Сюда! – закричала Дункану Изида.
Справа и слева засвистели пули, Дункан сорвался вперёд, схватив Изиду за протянутую руку. Они вместе помчались к краю скалы и, бросившись через её кромку в пустоту, перелетели в фиолетовом облаке через порог в Либрополис.
Конец дня и следующую ночь Фурия провела за чтением одиннадцатого тома «Книг творения». Наутро она была словно пришибленная и совершенно измученная. Проведя столько времени на твёрдом каменном полу, опёршись спиной о стеллажи, она напоминала самой себе ржавый флюгер на крыше, который даже самая сильная буря не сдвинула бы с места.
Только около шести часов утра Фурия добрела из библиотеки в спальню, но уже через час Кэт разбудила её. Не кто иной, как Кэт, презиравшая «жаворонков» почти также сильно, как полицию Академии!
– Там что-то случилось! – орала она, тряся Фурию, чтобы та проснулась. – Вставай!
Фурия натянула одеяло на голову.
– Здесь постоянно что-то случается. С меня довольно. Отстань от меня.
Но Кэт не унималась и трещала без умолку. Пять минут спустя они летели по коридорам резиденции и её широким лестницам вниз, через первый этаж, в помещение, прежде служившее трофейным кабинетом усадьбы. Его стены по-прежнему украшали рога, а чучела в витринах и на полках напоминали Фурии об отвратительных экспонатах в Мардуковых укреплениях. Обычно этой комнаткой никто не пользовался, располагалась она прямо напротив узкой лестницы в подвал, ведущей к библиотеке. Оттуда Финниан и Саммербель хотели отправиться на охоту за Изидой.
Что-то им помешало.
Только теперь Фурии бросилось в глаза, что у Кэт были такие же тёмные круги под глазами, как и у неё. Видимо, они с Финнианом проспорили всю ночь. Она заметила, что оба даже не смотрели друг на друга. Жаль, что всё зашло так далеко, но мнения Кэт, что виной всему Саммербель, Фурия не разделяла. У Финниана порывистости тоже предостаточно, а упрямства, может, и побольше.
Драка, как видно, завершилась благополучно. Лицо Кэт было расцарапано на подбородке, у Саммербель подбит глаз. Очевидно, чтобы удержать Кэт подальше, библиомантику она решила не применять, иначе последствия стычки оказались бы куда плачевнее. И они всё ещё разговаривали друг с другом.
Войдя в охотничью комнату, Кэт и Фурия увидели под висящими на стене оленьими рогами Пасьянса: он стоял, уставившись в пол, – сама печаль, ни дать ни взять школьник, приготовившийся получить нагоняй.
– Ну что здесь случилось? – спросила Фурия.
– Он убил его! – Кончик носа Саммербель залило огненно-красным цветом, как всегда, когда она приходила в волнение. – Этот неуч варвар прикончил убийцу Ариэля!
Пасьянс стыдливо переминался с ноги на ногу. Наверное, в этот момент он мечтал оказаться как можно дальше отсюда.
– Я нечаянно. Правда. Так получилось. Я задавал ему вопросы, слегка его препарировал, и вдруг…
– Получилось! – вырвалось у Саммербель.
