Провожатый пояснил кузнецу: в кронах могучей стены живут простые эльфы, денно и нощно вглядываясь в лесную чащу. Раньше, в дни расцвета эльфийской империи, ветви были живыми; они крушили все, до чего могли дотянуться. Только эльфы могли без опаски ходить под сенью стены. Живые гиганты хранили их от вражеского взгляда, стрел и снарядов. А корни, протянувшиеся на десятки метров, цеплялись за ноги незваных гостей и норовили утянуть их под землю. Просперо зябко передернулся, представив перспективу быть заживо втянутым в черный, жирный перегной.
Наконец бесконечные стволы закончились, и путниками открылась поляна, сплошь заросшая густым ивняком. Провожатый отошел к переплетению густых качающихся на ветру гибких ветвей. Коснулся нежной зеленой листвы, что-то шепнул, и в густой стене кустарника тут же открылся узкий проход, в который вполне можно было пройти одному эльфу или гному.
Житель леса с сомнением поглядел на телегу, но гном лишь махнул рукой: мне она не нужна, это теперь ваша забота. К слову, кобольды вели себя на удивление тихо. Всю дорогу они сидели не шевелясь, лишь движение черных бусин глаз да редкое моргание выдавало в них живых существ. От любой пищи они отказывались и в разговоры не вступали.
Пробираясь гуськом по лабиринтам густого непроходимого ивняка (телегу и клетки с кобольдами пришлось оставить сразу за «стеной»), жители Подгорного царства кожей ощущали цепкие неприязненные взгляды. Казалось, деревья наблюдали за ними, по коже бегали мурашки от неясных, расплывчатых зеленых теней, бесшумно мелькающих в переплетениях гибких ветвей. Сердце гостей бешено билось, лоб усыпала липкая, холодная испарина. Казалось, со всех сторон полетят смертоносные стрелы и вмиг сделают отряд похожим на выводок ежат. Бесшумно сверкнет легкая ромфея и отделит горемычную гномью голову от туловища.
Наконец путешественники достигли подножия гигантского, в десяток охватов, дерева. Мощный ствол благородного гиганта горделиво возвышался над подземными жителями, устремляясь к небу. Гномы смотрели, задрав головы и раскрыв рты. Лесной гигант подавлял немым величием. На ошеломительной высоте в переплетении ветвей мелькали тени и неясные фигуры. Похоже, их заметили. Эльфы жестом предложили подняться по широким ветвям, змеями опоясывающим могучий ствол. Взглянув на головокружительную кручу, гномы наотрез отказались. Эльф тяжело вздохнул и белкой метнулся вверх по стволу.
Вскоре безмолвные жители леса поднесли легкий плетеный столик и стулья для усталых путников. Гномы со вздохом облегчения скинули походные рюкзаки в траву и плюхнулись в великоватые кресла. Легкая мебель застонала, но выдержала. Тотчас на столике появилось блюдо с прекрасными нежными плодами. Путешественники надкусили мягкий истекающий сладким, липким соком плод и откинулись на узорчатые спинки. Гномы жевали вяло, большой кусок жареной свинины вызвал бы большее воодушевление. Вскоре они почувствовали, как поднимается настроение и силы вновь возвращаются в уставшие тела.
– Чертова эльфийская магия! – выплюнул массивную косточку один из гномов.
– Да в кобольдский разлом! Лишь бы это все закончилось! Поскорей бы какую-нибудь крышу над головой да нормальную кровать. Ну хоть скамью!
– Точно! – подхватил другой голос. – Ну хоть червячка маленько заморили.
– А не слишком-то они нам рады, а? Что скажешь, Просперо? – смуглый, с черными, как смоль, волосами, жилистый гном смачно сплюнул в траву.
Такого обращения к себе мастер не мог снести и, лишь слегка скосив взгляд в его сторону, процедил сквозь зубы:
– Ты бы слюни подобрал, раньше эльфы за такое фаршировали стрелами. Сейчас только отмашку от высоких получат – и прощай, углежог, нам тебя будет не хватать…
Чернявый скрипнул зубами, но сдержался. Ведь между простым углежогом, пусть даже и не последним в своем деле, и чуть ли не лучшим кузнецом в Подгорном царстве, владельцем очень богатой и популярной кузницы, гигантская пропасть!
Пока продолжалась эта сцена, с ветвей спустился рослый, величавый эльф. Голубые льдинки глаз холодно и отрешенно наблюдали за перепалкой, он словно просвечивал путников взором.
Просперо тяжело поднялся с кресла и вызывающе уставился на прибывшего. С минуту длилась немая дуэль взглядов – прозрачный отрешенный лед огромных глаз против хитрого, раздраженного прищура черных гномьих глазок. Затем эльф в белоснежной развевающейся от каждого движения мантии склонил голову в приветственном поклоне.
– Мир вам, гномы. Я Ферохан. Для простоты считайте меня главой этого города. Я рад приветствовать вас здесь, в Аэлгоре северном.
По отстраненно-высокомерному взгляду эльфа нельзя было сказать, что он рад видеть здесь путников.
Просперо прочистил горло. Всего несколько дней назад он впервые увидел эльфа, теперь перед ним стоял высокий эльф, один из тех, о которых ходило множество легенд. Очень мало гномов видело их живьем и выжило после этого. Но усталость и высокомерная спесь Ферохана подавили трепет перед солью эльфийской земли, и кузнец отвечал на слегка повышенных тонах.
