– И тебе мир, эльф! Я тан Просперо, владелец кузницы «Золотой молот». Мы прибыли по вашей просьбе. Но, сдается мне, нам здесь не так уж и рады и не очень-то ждут…
– Я понимаю твои чувства, гном, – не смутившись, отвечал эльф, все так же изучая путников морозным взглядом. – Посуди сам, благороднейший, многие столетия между нашими народами шла кровопролитная война. Многие в этом городе помнят желтые опавшие листья от гномьих порошков, распыляемых магическими ветрами, вой и треск лесного пожара… Но война окончена, и вот вы здесь. По приглашению Совета. Вы привезли самые сокровища Подземного царства. И редких подземных тварей, коих Совет согласился поселить в Вечном лесу и оградить ваше царство от их нападений. И мы действительно рады, что отношения между народами сдвинулись в лучшую сторону. Но скажи мне, гном, что вы собираетесь делать в нашем городе?
Кузнец крякнул от столь неожиданного вопроса. Что за организация у этих эльфов: одна рука не знает, что делает другая?!
– Ну, для начала мы расчистим поляну, потом выроем яму. Свалим пару деревьев, распилим… и будем жечь уголь. Его понадобится много… так что пару хороших деревьев мы свалим. Затем достанем походный горн. Построим для него основание, сварим смолу для чеканки. И дня через три будем готовы работать. Если, конечно, благородные эльфы не заставят нас носиться по лесам за завтраком и обедом! Уж не взыщите, высокий, то, что нам давали в дороге, нормальной пищей назвать нельзя.
– Дорогой Просперо, – отвечал ровным, бесцветным голосом Ферохан. – К сожалению, все, что ты предлагаешь, с первого до последнего слова святотатство и тяжелейшее оскорбление для нас. Любой, я подчеркиваю, любой эльф может утыкать вас стрелами только за такие речи, не говоря уж о делах. И никто в Вечном лесу не посмеет осудить его. Но принять вас и предоставить свободу действий – приказ Совета, и за более чем семитысячелетнюю историю нашего народа не было ни одного эльфа, ослушавшегося Совет. И я не собираюсь становиться первым. Если Совет пригласил вас сюда и разрешил вести любую деятельность, значит, у него на то очень веские причины.
Впервые в голосе эльфа появилась интонация, он особо выделил последние слова.
– Я не знаю, зачем это нужно, но воля Совета однозначна и оспориванию не подлежит. Теперь, надеюсь, вы поймете, в какое положение я попал. И не будете слишком суровы за мое решение. С одной стороны, простые эльфы, которые в ярости, что чужаков пустили в Аэлгор. И будут просто вне себя и, скорее всего, убьют вас и меня, если узнают о ваших планах. С другой стороны, воля Совета и тысячелетняя история нашей расы. Уважаемый тан! – голос Ферохана внезапно взлетел, расправил крылья и наполнился непреклонной властностью. – Вы и ваши гномы немедленно покинете город. – В его словах звенела закаленная ледяная сталь. – Ваши эльфийские провожатые укажут место для работы и проследят, чтобы вы ни в чем не знали недостатка и никто вас не потревожил. Что до вашего груза, эти странные подгорные существа останутся здесь. Совет определит их дальнейшую судьбу. Это все, а теперь – ступайте!
Не дав гномам опомниться, Ферохан начал величественно подниматься по витым толстым ветвям все выше и выше.
Совет выделил для гномов небольшой участок в паре дней пути от ближайшего крупного поселения. Благодаря особым эльфийским тропам, доступным лишь высоким эльфам, путь был преодолен за час. Надо полагать, что чужаков провели по ним лишь в силу исключительности их миссии. Гном не мигая смотрел на переплетенные, сложные живые узлы стены вечнозеленого мистического коридора. Неизвестные твари бесшумно сновали среди сплошного месива листвы. Земли видно не было. Лишь ветви, листья, прутья да стебли… Шагалось по живой, колышущейся трубе на удивление легко и приятно, уставшие гномы предвкушали скорое горячее угощение и утонченные эльфийские напитки! Если эльфы и знали в чем-то толк, так это в напитках!
Наконец зеленое месиво поредело, распалось на отдельные кусты, и усталый отряд вышел на небольшую опушку.
Строго по центру стояла группа белоснежных, как горные вершины, шатров. У входа в каждое жилище красовалась пара светильников на высоких ножках. Пожалуй, даже слишком высоких и тонких для гнома. Взгляды изможденных сынов гор приковал огромный резной стол. Красноватые изысканные формы лаково поблескивали тончайшей полировкой. Низенькие скамьи были призывно отставлены. Рядом на огромной треноге висела решетка, и сочное мясо истекало жиром над открытым очагом.
До боли родное шкворчание заставило сердца гномов бешено колотиться, а желудки рычать в унисон. Над блюдом колдовал видавший виды эльф. Судя по манере и выдержке, повар был благородный. Гномы знали: простые эльфы остерегаются огня и с трудом смогут развести костер, не говоря уже о готовке. Значит, этот был из солдат или разведчиков, тех, что нынче проводят время в стране людей, а раньше лазили по гномьим пещерам в составах легендарных соединений «эльфийские крысы».
