— Забирай запасные стволы, боекомплект и гранаты и иди на западную опушку к нашим. Я пока здесь подежурю. Подтянусь позже. — Цепляю я к пулемёту только один кекс с короткой лентой, продолжая наблюдать уже за отходом второй подгруппы.
Всё. Наши отошли в кустарник у переправы. Как только переплывут на тот берег, свалим отсюда и мы. На востоке уже посветлело. Ничего, успеем, на рассвете реку накроет туманом, вот под прикрытием его мы и проскочим. Место для переправы закрывает «зелёнка». Я даже вылез из окопа и встал во весь рост, пытаясь рассмотреть русло реки, но не смог. Получилось только увидеть высокий откос левого берега, но оттуда до первой траншеи рукой подать.
— Товарищ командир, немцы слева зашевелились и осветительные ракеты стали чаще пускать. Меня Жмыхов послал, чтобы предупредила. — Как обычно, подкралась ко мне Галина.
— Значит уже началось. А что конкретно там происходит? — Спрашиваю я.
— Немцы как тараканы начали бегать по траншее за балкой. Это я сама в прицел видела. Ну и ракеты на парашютах пускают в основном в нашу сторону, без перерыва. — Коротко доложилась связная.
— Пускай бегают. Передай Жмыхову мой приказ — наблюдать и огонь пока не открывать. И ещё, я сейчас здесь повоюю немного, так что смотрите, не растеряйтесь там у себя. У меня всё, дуй на позицию. — Послал я лесничиху обратно.
— Поняла, дую. — Припустила на западную опушку казачка.
Ещё раз внимательно рассмотрев путь отхода второй подгруппы в бинокль, спускаюсь в пулемётный окоп и, выставив на прицельной планке нужное расстояние, беру цель на мушку. После чего заряжаю в трофейную ракетницу осветительную без парашюта и запускаю в сторону дерева. Огонь открываю короткими очередями, пытаясь попасть в ствол дуба, когда ракета почти догорела. Надеюсь, получится сбить с толку противника, и выиграть несколько драгоценных минут. Наши уже должны начать переправу и проплыть какое-то расстояние.
Снова приникаю к биноклю, чтобы не пропустить сигнал и свалить хотя бы в предутренних сумерках, так как шарик поднимается над горизонтом уже быстрее. Есть. Светлячок заморгал над откосом, значит наши уже на левом берегу. Посылаю ответный, с обычным светом, проводя ладонью левой руки перед отражателем включенного фонарика. Частые вспышки — сигнал к началу всеобщего кипиша. Сашко понял всё правильно, и две красных ракеты взлетели в небо одна за другой. Через несколько секунд, ещё две, продублировав сигнал — «полдер».
Забираю трофейные пулемёт и ракетницу и бегу к окопу на западе.
А вот тут мы приплыли. Противник работает на опережение и открывает перекрёстный огонь из двух станковых пулемётов на флангах, перекапывая полуостров. Зелёнку со «своим» секретом не трогает, а берега и луговину поливает ливнем свинца. От кустов только ошмётки летят. Успеваю спрыгнуть в окоп, и выпускаю зелёную ракету в зенит. Если Фогель сказал нам правду, то это должно означать, что здесь свои, ну а если соврал, то я ему натяну глаз на жопу, когда выберемся из этой переделки.
Эта траншейка почти такая же, как на восточной опушке, только здесь вперёд вынесено уже два пулемётных окопа на флангах. Занимаю скрытую кустами ячейку для наблюдения и смотрю в бинокль откуда противник ведёт огонь. Одна огневая точка в кустах на юго-западе от меня, вторая на северо-западе. Местность в ту сторону идёт на подъём, а тяжёлые пулемёты противника установлены не просто в окопах, а в ДЗОТах. И их не смогли обнаружить как наши, так и наблюдатели из стрелкового батальона. Ну так противник отсюда и не стрелял ни днём, не ночью, ждал, когда наши попытаются захватить плацдарм. А маскироваться немец умеет, тем более подходы скрытные, по балке. До левого, южного ДЗОТа от нас было шестьсот пятьдесят метров, до правого семьсот пятьдесят. Правый пулемёт был гораздо опасней, из него простреливалось практически всё русло северной части подковы реки вплоть до изгиба.
Ещё одна напасть подкрадывалась к нам с запада. Дежурное подразделение противника выскочило прямо из балки. Что-то около полувзвода Чипов и Дейлов спешили на помощь камрадам, которые типа вели неравный бой с русскими, пытавшимися форсировать реку и захватить полуостров. Так как к утренней перестрелке подключалось всё больше огневых средств.
Расставляю своих по позициям, распределив цели, и готовимся встретить врага. У нас на каждого по два автоматических ствола минимум, плюс гранаты, так что мало никому не покажется. Тем более в большой короб к МГ-34 мы уложили ленту на 300 патронов.
Триста… Двести… Сто… Пятьдесят метров…
— Камрад, комм. — Высовываюсь я из крайнего правого окопа и призывно машу рукой, зовя к себе фрицев и отвлекая внимание. В немецкой каске, да ещё в полумраке от «истинного арийца» меня хрен отличишь.
