Тут наш Максимов петляет, как заяц, говорит намеками, и понять его трудновато. Насколько я понял, ребенка Антонина делает не от мужа, а от этого самого неотразимого еврея Оси Меклера, который от такого счастья сразу же повесился. Муж исчезает, как одуванчик, а Антонина возвращается с полуеврейским сыном к отцу. Весь цимес,[14] вся символика Максимова — в этом ребенке, зачатом от еврея, это якобы прощение за грехи, возрождение жизни. И все это пересыпано юродствующими рассуждениями о Боге. Но что это за Бог? Или это союз сатаны и антихриста?
Все это кажется сплошным идиотством, бредом сумасшедшего. Но я встречал подобные фокусы и в реальной жизни. Дело в том, что некоторые дегенератки выходят замуж за дегенератов, а детей умышленно делают от чужого дяди. Чтобы эти дети были не полными дегенератами, а хоть полудегенератами. От этого и происходит такое на первый взгляд непонятное выражение: «на чужом х… в рай проехать». Или еще «пальцем деланный», что означает искусственное осеменение — по тем же причинам. Все эти смачные выражения пустили в обиход сами вырожденцы, которые прекрасно знают, что это означает. А нормальным людям это никогда и в голову не придет.
Западные рецензенты многозначительно вещают, что наши диссиденты, инакомыслящие и несогласники пишут своего рода тайнописью, криптограммами, шифровками, для понимания которых нужно иметь ТРЕТИЙ ГЛАЗ, глаз мудрости, как тот магический кристалл, лунный камень, что во лбу у индусских богов. Но и мы в 13-м Отделе КГБ тоже имеем этот третий глаз, при помощи которого можно читать всю эту тайнопись. Люди лунного света Розанова, Декаданс-с.
Во всех «7 днях» есть только одно честное место, где советский архитектор говорит перманентным революционерам-диссидентам так:
«Вы зовете социальных и духовных люмпенов. Отбросы, которые жаждут самоутвердиться на крови. Чужой крови. И вашей, кстати, тоже… Но, так как ваш новый эксперимент влетит России в новую кровавую копеечку, — я против… Поэтому, если вы начнете, я сяду за пулемет и буду защищать этот самый порядок, с которым не имею ничего общего, до последнего патрона… Лучше — что есть, чем вы. Вы — тьма. И Боже упаси от нее Россию».
В своем очередном опусе «Карантин» Максимов сообщает, что мать Сталина делала Сталина методом «на чужом х… в рай проехать» (с. 83). Кстати, отец Сталина был алкоголиком, а Сталин — сухоручкой. А Максимов и алкоголик, и сухоручка. Встречается в «Карантине» и французская любовь, минет или 69, что означает латентную или подавленную гомосексуальность и что является причиной большинства разводов и дефективных детей — 69 способов быть несчастным. Там же и совокупление с лошадью, то есть содомия, или скотоложство, якобы просто так, от скуки. И все это опять под соусом ханжеских причитаний о Боге. Но с точки зрения третьего глаза и нашего 13-го Отдела КГБ — это трупный яд рода человеческого. Духовная зараза.
Вот потому-то, в порядке санитарно-политического карантина, мы и выбросили алкоголика-сухоручку Владимира Максимова за границу. Кстати, его сестра Катя Брейтбарт замужем за евреем и живет в Израиле. Опять та же печальная закономерность.
Заключение третьего глаза. Ведь Максимов — дитя детдома времен Великой Чистки. Но оппозиция тогда, как и диссидентская теперь, в большинстве состояла из психующих евреев, которых перестреляли в НКВД, где большинство тогда составляли те же евреи. И так продолжалось, пока они в борьбе за власть не перестреляли друг дружку. По первому марксистскому закону единства и борьбы противоположностей.
А детей этой Великой Чистки сдавали в детдома как РВН, откуда их частенько брали приемные родители. И судя по тому, что Максимов пишет, он вряд ли знает, кто его настоящие родители, и сам подозревает, что он с прожидью. В своей книге «Прощание из ниоткуда» Максимов пишет, что 5 «самых близких ему существ», понимай родственников, выехали в Израиль (с. 2). А сам он застрял в Париже и кропает там неотроцкистский журнал «Континент».
Ну а на десерт почитаем теперь мэтра наших диссидентов Солженицына. Для смеха я иногда буду говорить языком автора, нобелевского лауреата. Итак, прошмоним его рассказон «Матренин двор», который некоторые западные критюхи расхваливают ну прямо-таки с пенью у гавкала, как в западке эпилепсии. Кстати, героиня этого рассказона Матрена тоже эпилептичка. А теперь я вставляю себе в лоб третий глаз, глаз мудрости — и что же я там зырю…
Генеральный цензор СССР и прокурор синода новой советской инквизиции потер себе пальцем лоб, словно проверяя свой третий глаз: