– Инсел, не усложняйте! Будьте проще! И обязательно пошлите приглашения королевской семье Вигора, они еще не уехали?
– Нет, ваше императорское величество.
– Замечательно.
– Ваше императорское величество, что скажут о нас соседи?! Император Франда – и женится наспех! Это ужасно!
– По утверждениям вигорского мага, еще два дня назад моя невеста была девушкой. Не вижу ничего плохого в спешке…
– Но может быть, хотя бы через месяц…
– Нет.
– Десять дней…
– Нет.
– Ну хоть три дня, государь!!!
– Завтра.
Далларен настаивал не просто так. Если Линда действительно беременна (и это подтвердили и Селия, и Анна-Лиза, и Рональд, да и сам Далларен видел, просто не понял, что происходит), долго скрывать сей факт не удастся.
Достаточно одного взгляда на ауру фаворитки – и все поймут, что она беременна. Дальше…
Дальше будет плохо. Линда носит следующего императора Франда, и тут не может быть никаких подозрений. Не должно их быть. Никаких сомнений в законности рождения ребенка!
Именно поэтому торопился Далларен.
Пока еще это не совсем ребенок. Пока еще, буквально пару дней, его ауру можно прикрыть материнской. А как только у него появится душа, его уже не прикроешь. Две души в одном теле.
Хорошо, они узнали сейчас, а не позднее. И среди своих.
Линда беременна. От него… Разве это не чудесно?
– Государь…
Стон барона отвлек Далларена от мыслей о грядущем счастье:
– Я в вас верю, Инсел…
– Ваше императорское величество!!!
– Мое слово. Если во время церемонии и будут какие-либо недочеты, я не стану обращать на них внимания.
– Но я буду знать!!!
– Инсел, вы войдете в историю как человек, который женил императора за один день. Разве это не чудесно?
Судя по взгляду церемониймейстера, часть ночи он потратит на визит к зубодеру. Потому как зубы у него заболели все – и разом.
– Начало церемонии – завтра в полдень.
– Да, ваше императорское величество.
– Я рассчитываю на вас, Инсел.
– Да, ва…
– И не стоит беспокоить невесту, Инсел.
– Ваше императорское величество?!
– Она сейчас во дворце, и у нее девичник. А пьяные адепты, Инсел, – это опасно. Не хотелось бы вас лишиться…
Инсел застонал. Вот она – тирания без прикрас!
Далларен похлопал бедолагу по плечу и отпустил его. У императора было еще одно важное дело.
– Замуж?! – Лэр Винон чуть со стула не упал.
А вы бы не упали?
Стоит перед вами император, смущенный такой, и, едва ли не запинаясь, говорит:
– Лэр Винон, я прошу руки вашей дочери. Завтра она выходит за меня замуж, и нам важно сделать все… ладно, хоть что-то сделать по правилам.
– Завтра… – других слов у Винона не нашлось.
Далларен понял, что надо бы все объяснить, и махнул рукой:
– Выпьем?
– А…
– Самогон у вас отличный.
И что оставалось делать потенциальному императорскому тестю?
Налить. И молча выпить.
– Лэр Винон, у меня к вам серьезный разговор.
Еще серьезнее?
О-ох… хватит ли самогона?
Самогона хватило.
А вот как на следующее утро чувствовал себя лэр Далг…
И как он согласился на
И на свадьбу дочери. И на собственную свадьбу. И на усыновление младенца (исключительно из приличной семьи), осиротевшего по вине садореновцев.
И даже поселить в Креси два десятка детей (также пострадавших от садореновцев) и обучать их, как новобранцев, чтобы впоследствии они пополнили ряды военных, а не преступников, дети-то все с магическим даром, хотя и слабым.
Ответа у Винона так и не нашлось. Но самогон он больше в компании императора употреблять не решался.
Вопль был такой силы и насыщенности, что на него сбежались все жильцы дома. То есть воплем это было на начальной стадии – сейчас это перешло в вой.
– Ненавижу-у-у!!! – Дарита Далг едва волосы на себе не рвала.
Причина? Ее дочь выходит замуж за императора!!! Вам мало?!
А вот Дарита была не просто в бешенстве. Она… и слов-то таких не было! Такая чудовищная несправедливость!
Невероятная! Издевательство судьбы, насмешка!!! Ее дочь!!! Да есть ли в мире справедливость?!
– Когда?!
– Завтра.
Вой повторился.
Мужчины, которые принесли это известие, мрачно переглянулись. Всех, кто был на острове, передавили. А вот в империи…
Дарита взвыла последний раз, кое-как взяла себя в руки и спросила:
– Так… как будет организована церемония?
– Пока ничего не известно.
Сведения просочились из дворца, из посольства Вигора. Адела орала так, что можно было услышать не шпионя. Просто пройти рядом…
Такое оскорбление!
Жамон тоже в восторге не был, но умел проигрывать. Его дети пока этому сложному искусству не обучились.
Дарита тоже, но у нее не было отца, который принялся за наставления отпрысков с помощью кожаного ремня с бляхами. А потому…
– Эта стерва императрицей не будет.
Сообщники переглянулись.
– Готовьтесь. У меня есть кое-что… надо завтра подобраться на расстояние броска…
Мужчины еще раз переглянулись. Приняли решение и согласно закивали:
– Да, мистрес.
– Я сейчас… – Дарита развернулась спиной к сообщникам и даже один шаг сделать успела.
А потом что-то взорвалось в затылке. Черная звезда… Разве они бывают черными?!
Двое мужчин переглянулись.
Дарита лежала на полу, и из-под ее головы вытекала струйка темной крови…
Один склонился, коснулся шеи женщины…
– Сдохла.
