Проверка моей невиновности полностью

Ну, как я сказала, знала я его не слишком хорошо. Вовсе не знала его хорошо. Помню только, он появился как-то раз в редакции и пребывал в ярости насчет какой-то статьи, опубликованной в газете.

В статье говорилось о нем? Что-то такое, что ему не понравилось?

Маргарет смеется и качает головой.

О нет. В том-то и дело! Все было гораздо хуже. Хуже этого и не вообразить — в ней он не упоминался вообще. Целые две страницы о важнейших молодых писателях страны, а его имени там нет!

Мысль об этом ее, похоже, необычайно веселит. Как, полагаю, веселила и тогда. И тут Прим спрашивает:

Вряд ли вы помните, кто ту статью писал?

Маргарет качает головой.

Автора случайно не звали Ричард Вилкс?

Понятия не имею. Это было так давно…

Мы с Прим обмениваемся взглядами. Досадно не подтвердить собственные подозрения. Тем временем Маргарет говорит, но уже не нам. Она теперь, кажется, говорит сама с собой.

…Да, его, Питера, переполнял гнев. Как и Хауарда. Оба вот только что — тихие и спокойные, а то вдруг — шумные и сердитые. Оба вечно выходили из себя. Сердитые мужчины. Кажется, такова вся история моей жизни. Дэвид, мой муж, был такой же. Сердитые мужчины. Не знаю, на что они сердились, потому что вроде все было по их воле — почти всегда. И все-таки всю нашу жизнь мы, кажется, окружены сердитыми мужчинами…

Прим откладывает блокнот. Тихий, обращенный внутрь монолог Маргарет продолжается и после того, как мы благодарим ее и встаем. Хелена занимает мое место рядом с матерью, и мы оставляем их провести несколько минут наедине. Когда мы выходим, я бросаю на них взгляд. Они выглядят такими близкими, как могут выглядеть лишь мать и дочь. И в то же время далекими, как два совершенно чужих человека.

Инари тако с лососем. Говядина терияки. Курица терияки. Ролл с уткой хойсин.

Движение конвейерной ленты меня иногда завораживало. Я могла глазеть на нее, в голове воцарялась пустота, и казалось, будто время останавливается.

Блинчики дораяки. Креветки кацу. Сасими из тунца.

Бывало, движение ленты словно бы помогало мне думать. Я сосредоточивалась на каком-нибудь блюде и следила за тем, как оно двигается, за его окольным путем вокруг всего ресторана.

Водоросли кайсо. Водоросли кайсо. Водоросли кайсо.

Сегодня я, казалось, зависала между этими двумя состояниями. Выбирала какую-нибудь деталь нашего детектива, мысленно следовала за ней, круг за кругом, а дальше, когда чувствовала, что к чему-то подбираюсь, вдруг осознавала, что вновь оказалась в начальной точке.

Определенностей было одна-две: Питер Кокерилл хотел, чтобы весь проверочный тираж «Моей невиновности» был уничтожен, и в те выходные, когда он совершил самоубийство, он написал об этом своему редактору, прося его внести в текст изменения. А за несколько лет до того он сказал Брайену Углену, что руки на себя он бы ни за что не наложил.

Курица терияки. Креветки кацу. Маки ассорти. Курица кимчи.

Была и одна большая неопределенность: имело ли это — что угодно из этого — хоть какое-то отношение к смерти Криса в Ведэрби-холле тридцатью пятью годами позднее? Не зациклились ли мы с Раш на этой версии так, что исключили все остальные, напрочь забывая, что, согласно ДИ Эссен, имелось множество других подозреваемых, и мотивы у них могли быть гораздо более веские, чем у Ричарда Вилкса.

Не бери в голову, сказала мне Раш. Мы за это уцепились, а потому доведем дело до конца. Нам надо выяснить, что там в пробном экземпляре по-другому. А это значит, что нам придется туда слетать. Надо бронировать билеты.

«Туда» — это в Монако, на Лазурный берег. Поскольку второе имя, которое я отыскала у Виктора в лавке, — сэр Лесли Каванах, сказочно богатый британский предприниматель, чей адрес был попросту «Арзахель», порт Эркюль, Монако. «Арзахель» — название его яхты, порт Эркюль — ее постоянный причал и место обитания сэра Лесли для целей налогообложения. Раш нашла слюнявую статью о нем в сетевой версии «Воскресного времени»[91], где говорилось, что он «пылкий коллекционер редких книг и, по слухам, владеет самой дорогой коллекцией в мире; большинство этих книг хранится в кабинете-библиотеке на его роскошной пятипалубной яхте».