Провокативная терапия полностью

На протяжении многих лет провокативные психотерапевты использовали множество языков, слов, диалектов и т. д. для улучшения своих коммуникативных навыков. Однако большинство из них можно представить в виде четырёх видов: 1) религиозно-моральный язык; 2) язык раздевалки, или язык улицы; 3) язык тела, или кинестетический язык; 4) профессиональный жаргон. Религиозно-моральный язык – родительский, директивный, авторитарный, основанный на представлении о чёрно-белом мире, склонный обожествлять законность определённых субкультур или определённых периодов. Язык раздевалки – подростковый, четырёхбуквенный, бранный, эксплицитный, эмоционально нагруженный. Язык тела передаётся с помощью позы, осанки, жестов, мимики или тактильных ощущений. Профессиональный жаргон – это высокопарный, многосложный, глубокомысленный и, как правило, пугающий язык. Для пояснения этих многочисленных прилагательных необходимы примеры. Использование религиозно-нравственного и профессионального жаргона было дано в примере в 5.16 на странице 104, когда клиент согласился, что он безнравственный, слабый и ленивый.

Мы уже обсуждали в главе, посвящённой роли психотерапевта, его комментарии языка тела клиента в процессе коммуникации. Однако непосредственное использование психотерапевтом языка тела очень важно, если ему трудно достучаться до клиента, используя только слова. Например (5.41), молодая, привлекательная, но находящаяся в острой депрессии клиентка пришла на терапию из-за измены мужа. Она выглядела совершенно безучастной, была подавлена изменой и подумывала о самоубийстве. Первая сессия проходила в дождливый мартовский день, и мои ботинки были заляпаны грязью. После некоторого обсуждения…

Психотерапевт (вздыхая, устало): Вы просто коврик у входной двери, не так ли?

Клиентка (почти неслышно): Да, наверное.

Мне было больно это делать, но, будучи преданным делу и заботясь о благополучии клиентки, я принялся вытирать грязные ботинки о её дорогое платье, пока она безвольно сидела в кресле напротив меня.

Психотерапевт (безразлично): Ладно, коврик, хоть чем-то вы полезны.

Клиентка (обиженно и недоумённо, плаксивым тоном, медленно оттирая грязь с платья): Пожалуйста, не делайте этого.

Когда она пришла на вторую сессию, я положил ноги на её колени и пнул по ноге (не очень сильно). На третьей сессии я сделал это снова, но она пнула меня в ответ – сильно – и в этот момент она начала выкарабкиваться из депрессии. Она стала несколько агрессивной, но это была просто очередная проблема, с которой нужно было поработать.

Можно привести ещё один пример использования языка тела. Женщина, находящаяся в состоянии ступора, не разговаривала в течение шести месяцев и представляла собой проблему для персонала отделения. Я был убеждён, что она разыгрывает спектакль и гасит свои естественные первоначальные реакции и что, хотя она не подаёт никаких признаков того, что замечает окружающих, её можно сравнительно легко заставить говорить. Я заключил с некоторыми сотрудниками отделения пари на 2 доллара (хотя в рабочее время на государственной службе играть в азартные игры не принято), что в течение недели смогу спровоцировать её произнести чётко сформулированное предложение на английском языке, сопровождаемое соответствующей эмоцией, то есть проявить целостную реакцию.

Я рассуждал так: 1) она обращалась с нами как с предметами мебели, не признавая нас как личностей, а мы (я и ещё несколько сотрудников, тщательно подобранных по весу) должны были обращаться с ней как с предметом мебели и сидеть на её коленях в течение недели по десять раз в течение трех минут в день; 2) она была явно психически больна, тем не менее, как я сказал сотрудникам, её бедренная кость соединена с позвоночником, который соединён с черепом, который соединён с подъязычной костью, и она заговорит, когда почувствует достаточное давление на свои бёдра. Я был уверен, что проблемы с бёдрами перевесят проблемы в её голове.

Мы начали сидеть на её коленях согласно нашему плану. Во время четвёртого раза она сильно толкнула сидевшего, но эта невербальная реакция, явно демонстрировавшая, что пациентка вышла из своего замкнутого мира, не была засчитана. На шестом разе она разразилась хохотом, сильно толкнула сотрудника в спину и чётко произнесла: «Убирайтесь с моих коленей». Вот вам и немой ступор: если шестимесячное его проявление можно вылечить в течение восемнадцати минут безобидного сидения на коленях, то, очевидно, это состояние не настолько серьёзно.

А вот пример (5.43) языка раздевалки. Во время беседы с девушкой-подростком, происходившей в комнате отдыха больничного отделения, туда ворвалась другая вербально агрессивная пациентка и громко заявила: «Когда меня выпишут, я стану шлюхой».

Психотерапевт (лаконично): Чёрт возьми, Рокки, если возьмёшься за эту работу, ты умрёшь с голоду в течение недели.