— Снаряжение положите в ногах или рядом, — посоветовал Матиас. — Как вам удобнее. А потом нам надо будет просто расслабиться, закрыть глаза и ждать.
— Чего? — спросил Уолр. Крот уже лежал, расслабившись и обмякнув, закрыв свои генетически усовершенствованные глаза. Но Ксения заметила, что на пальцах рук (или всё-таки лучше говорить «лап»?) слегка выступили широкие острые когти. Он тоже волновался.
— Откуда мне знать? — ответил Матиас. — Лючия сказала «активации». А что это будет, гиперпространственный перенос или просто сеанс связи…
— Расслабиться я вряд ли смогу, — негромко произнесла Адиан, ёрзая на кушетке. — Если это обязательное условие, то…
Ксения вдруг ощутила, как холодный твёрдый металл под ней стал жидким, будто вода.
И её тело провалилось внутрь саркофага.
Расслабление явно не являлось обязательным условием.
…Боевая Арена только называлась ареной — это был комплекс площадок самых разных форм и площадей. На некоторых гравитация в разы превышала земную, другие находились в невесомости или имели отрицательный вектор тяготения. Самая разная атмосфера (порой — самые разные жидкости или вакуум), самые разные противники, самые разные правила.
— Тебе не нужна особая экзотика, — сказал мастер Фэйхун. — Тебе в основном будут противостоять люди.
Лючия коротко кивнула.
— Я готова к бою, учитель.
— Бой для дураков, — ответил мастер Фэйхун. — Для умных — победа.
Лючия снова кивнула.
— Я поняла. Я буду умной.
Казалось, мастер колеблется, продолжить ли разговор.
— Для мудрых — мир, — сказал он наконец. — Мудрый не вступает в схватку, а смотрит на то, как дураки сражаются с умными.
Лючия заученно кивнула снова, хотя уже и не вслушивалась, а смотрела вниз с барьера. Мастер усмехнулся.
— Иди.
Она спрыгнула с трёхметровой высоты на чёрный песок арены. На миг присела, выпрямилась. Нестабильная гравитация, меняется в широких пределах, к этому придётся привыкать, и побыстрее… Посмотрела на своего противника. Невысокий, жилистый, явно быстрый. Будет трудно. Но она справится. Она пришла на Арену побеждать.
Она ведь умная.
Она победит, чтобы побеждать в будущем…
…Лючия подняла руку.
Учитель Мидзуки продолжала:
— Вам может показаться странным количество часов, выделенное на занятие боевыми искусствами. Но задача специалиста систем жизнеобеспечения не только в том, чтобы радовать экипаж и пассажиров вкусной едой, чистить системы кондиционирования и услаждать глаза и уши беседой…
— Не только уши и глаза, — тихонько хихикнула Энн. Пихнула локтем сидящего рядом Пепина. Тот мило улыбнулся, качнул длинными ресницами и пихнул Энн в ответ.
— Очень часто на кораблях дальней разведки, осуществляющих длительные миссии, возникают конфликты среди учёных, — Мидзуки презрительно усмехнулась. — А уж на круизных лайнерах в долгих полётах! Ревность, зависть, страх, обыкновенная скука… порой беседы не хватает, чтобы погасить конфликт. И тогда установить мир — ваша работа. Вы спросите, почему именно вы?
Лючия упрямо продолжала держать руку поднятой.
— Да потому, что физическое наказание от милой женщины или юноши вызывает в дальнейшем менее агрессивную реакцию, чем если бы порядок наводил командир корабля или офицер безопасности… Лючия?
— Госпожа Мидзуки, я боюсь, что не смогу ударить человека, — сказала Лючия. — Я только в детстве немного дралась. С братьями и сёстрами.
Энн снова хихикнула.
— Не могу бить человека по лицу, — честно призналась Лючия.
— Тогда бей в живот, бей по рукам и ногам, — спокойно ответила Мидзуки. — Лючия, Энн, на площадку! Спарринг!..
…Лючия открыла глаза.
Призрачный красный сумрак. Стоящие вокруг Ауран.
Лючия замычала, замотала головой.
— Капитан Фло, третий шов наложен, процесс инфильтрации памяти запущен.
— Достойно, безымянный, — ответил один из Ауран.
— Капитан Фло, я думаю, что она хочет нам что-то сообщить, — продолжил Ауран, не имеющий имени.
— Ты в ответе за сказанное?
— Да, капитан.
Зонд с хлюпаньем выскользнул изо рта Лючии. Она глубоко вдохнула, закашлялась. Ауран ждали.
— Я… помню… — Лючию едва не вытошнило, но желудок был пуст, и она подавила позыв. — Капитан Фло… Остановите тех, кто отправился на Лисс! Остановите их!
— Почему? — спросил Фло.
— Это была ловушка… — прошептала Лючия. — Я… она… Та, которая была я… обрекла на смерть…
— Те, кто отправился на Лисс, допускали свою смерть, — спокойно сказал Фло. — Это долг, девочка.
— Я обрекла на смерть всех нас! — выдавила Лючия. — Всё Соглашение! Все миры под нашим контролем!
Фло посмотрел на безымянного Ауран, который предложил дать Лючии возможность говорить. Торжественно сказал:
— Ты получишь имя.
— Отпустите же меня! — взмолилась Лючия. — Я всё… всё поняла.
— Ты можешь что-то сделать? — спросил Фло.
— Не знаю. Остановите их!
Фло отошёл и растворился в полумраке. Остальные продолжали стоять, глядя на Лючию, в чьём сознании срастались воедино две версии её жизни.
Марк даже не стал ни о чём предупреждать — просто вывел на экран сигнал с корабля Ауран.
— Приветствую командира Горчакова, — сказало серокожее существо. — Я Фло.
— Кажется, я вас уже узнаю, — ответил Горчаков. Ему было не до протокольной вежливости.
