— Ну, посмотрим ещё, — усмехнулся Альберт. — Мы-то кроме тебя никому не нужны. Может статься, это мы тебя защищать будем. Как бы то ни было, тогда, ещё на Сионе — ты говорил верно. Что мы должны преодолеть всё это вместе.
— Хотелось бы верить, что нам хватит на это сил и удачи, но я рад, что хотя бы сейчас ты понял смысл моих слов. Знаешь, Альберт…мне повезло, что у меня есть вы.
Он встал и крепко обнял брата. Тот сначала было засмущался, но быстро ответил на объятья.
— Значит, скоро в пекло, а?
— Иного пути нет. Пока что. — Тут желудок Руксуса ясно и громко дал понять, что требует к себе внимания. — А у нас есть что из еды?
Альберт улыбнулся.
— Да, приносили, пока ты спал. Вот, держи.
На корабле она была впервые, так что и ощущения были странными, но ей казалось, что она уже привыкает.
Ровная шеренга из пятнадцати человек следовала параллельно с плотным строем имперских гвардейцев, коих было в разы больше.
Молодая женщина в немного другой униформе с неким любопытством наблюдала за солдатами, коих было в разы больше. Длинные её светлые волосы собраны в тугой пучок, ярко-синие глаза смотрят строго, непреклонно. Достаточно привлекательное лицо, пышущее молодостью, усеяно россыпью веснушек.
Корабль оказался огромным, больше, чем она ожидала, однако девушка всё равно старалась запомнить каждый поворот, каждую дверь и коридор. Вёл их средних лет лысоватый мужчина с навечно застывшим выражением усталости на бородатом лице.
— Мы пришли. Здесь отделение полковых медиков. Оставьте свои вещи здесь, я должен ещё показать вам столовую, санузел и прочее.
Кира внимательно оглядела мужчину — судя по значку на плече, он старший медик на корабле, и видел сотни, если не тысячи таких, как она, потому и решил не представляться. Для него они лишь формальность, крохотная часть из множества обязанностей. Но смутило девушку совсем другое, а именно глаза этого, на первый взгляд, бывалого военврача. Абсолютно пустые, безжизненные, видевшие столько смертей, сколько не приходилось многим из ныне живущих. Когда-то он пытался спасти больше жизней, чем действительно мог, а теперь для него все погибшие лишь статистика. Кира Саору искренне не хотелось стать такой же; ведь не за этим она с детства хотела стать полковым врачом! Ещё лет с десяти, наслушавшись радио, проповедей и слов старших, тогдашняя девочка загорелась идеей спасать жизни доблестных защитников Империума, благо её родители — люди не очень бедные.
Теперь ей двадцать два года, всю себя она посвятила учебе и идее тяжелой, но благородной службы, её наконец-то приписали к полку Астра Милитарум, однако первое, что она видит — своё возможное зеркало. От чувства яростного отрицания Кира даже покачала головой. Не бывать этому!
Так же она заметила, что их медицинский корпус состоит всего лишь из пятнадцати человек, — и это сразу на несколько полков, численностью в тысячи солдат! Кира обратилась с волновавшим её вопросом к ближайшему коллеге:
— Извините. А не подскажете…почему нас так мало?
Хмурый мужчина с короткой каштановой бородкой как-то странно посмотрел на неё.
— А сама не догадываешься, девочка?
Девушке не понравилось такое снисходительное отношение, однако вместо ответа она вновь огляделась в надежде самой найти ответ.
— Мы здесь больше для галочки, дорогая. Для виду. На деле же смертность на фронте столь высока, что нужды в нас просто нет. Командованию проще набрать тысячи новых солдат, нежели спасти сотню старых, которые к тому же, вероятнее всего, останутся калеками с повреждённой психикой.
Он посмотрел прямо в её решительные глаза и мгновенно всё понял.
— А, так ты идейная. Что ж, добро пожаловать в реальность. Роберт Каунтер, — он протянул крепкую, достаточно мускулистую руку. Испытывая явные сомнения, Кира ответила, представилась. — Вижу, ты мне не веришь. Что ж, не переживай, скоро сама всё увидишь и поймешь. Война…не щадит никого.
— Вы…вы уже воевали, сэр Каунтер?
— Зови меня просто Роберт. Да, я уже девятый год служу военным врачом, и это уже четвертый полк, к которому я привязан. Мне повезло пережить остальные. Впрочем, — Роберт вздохнул, — на моё счастье, они не были полностью уничтожены.
— Это как? — не поняла девушка.
— Просто понесли такие потери, что их было решено переформировать. Собственно то, о чём я тебя толкую. К тому же все эта огромная бюрократия… Не так давно я почти год провел на планете, где в последний раз сражался мой распущенный полк, прежде чем меня определили в новый.
Кира внимательно осмотрела коллегу. На вид Роберту было глубоко за тридцать.
— У вас осталась семья?
— А то как же. Я попал в Астра Милитарум не по тому, что так уж этого хотел. А на Сионе у меня осталась жена и трое детей. Мы так хотели четвертого, но куда уже. Чувствую, скоро моя удача и закончится.
«Он тоже видел слишком много смертей», поняла Кира. «И уже не испытывает радости выжившего — только горечь и даже зависть к ушедшим, ведь их долг уже окончен, а он всё ещё здесь, всё еще видит все эти утраты».