Таким образом, центральный конфликт между «хорошими» и «плохими» репрезентациями самой себя и других, которые расщеплены. Н. проецирует на мужчин свою «плохую» самость, обесценивая их. Выбирает для отношений «слабых» мужчин, которые не будут ограничивать её свободу, предъявлять требований, а затем испытывает разочарование из-за их «слабости» и обесценивает. Так произошло с бывшим мужем. Идеальная фигура обеспеченного мужчины, выйдя замуж за которого она сможет не работать – это проекция идеальной родительской фигуры (материнской фигуры), сохранение зависимости от этого «внутреннего объекта». Внутренний «нуждающийся в любви ребенок» проецируется на дочь и внучку, старается быть идеальной помогающей матерью для них, «хорошая самость». «Хорошая самость» проявляется также в её преданности месту работы и городу, в котором живет, как заместителям «хорошего» материнской объекта.
Точкой максимальной боли является блокирование агрессивных чувств при обнаружении различий с партнером, гнев не выражается, а подавляется. Страх оказаться «плохой» (требовательной, конфликтной). Различия не проясняются, а замалчиваются, требование к себе терпеть другого.
Для избегания боли используется уход из близких отношений и формирование поверхностных, приятельских отношений с лицами обоего пола, основанных на веселом времяпрепровождении, которые являются, по сути, суррогатом близких отношений. Свободные отношения необходимы для того, чтобы заглушить внутреннее чувство пустоты, одиночества и детскую зависимость.
Терапевтические отношения. В отношениях с психотерапевтом сначала развивается позитивный перенос, однако избегает обсуждения тем настоящих отношений с мужчинами, охотно обсуждает только прошлые отношения и желание найти своего идеального мужчину для замужества. Посещает психотерапевта не регулярно, а по мере того, когда появляется возможность приехать в областной центр по работе или к дочери с внучкой. После 9 встреч прерывает терапевтические отношения без предупреждения. На последних трёх сессиях обсуждалась возможность её переезда из районного города в областной центр или другой более крупный город, изменить деятельность и найти новое более интересное окружение. Таким образом, в терапевтических отношениях повторяется характерный паттерн – уходить из отношений, как только в них возникают небезопасные чувства привязанности.
Супервизия в психоаналитической психотерапии
В настоящее время к элементам аналитической подготовки относится личностный анализ, посещение семинаров и анализ пациентов под руководством супервизора. В историческом контексте для обучения психоанализу З. Фрейд (1969) считал более важным прохождение личностного анализа кандидатом в психоаналитики и не допускал, что новичок может чему-то научится, просто осуждая возникающие проблемы с коллегами. На начальном этапе развития психоанализа было обычным сочетать личностный анализ с супервизией. Вплоть до 1920 годов существовало правило, основанное на примере Венгерского психоаналитического общества, в соответствии с которым психоаналитик обучающегося являлся в то же время его супервизором. Однако в Вене и Берлине было принято решение разделить роли аналитика и супервизора между двумя людьми, профессионалами в психоанализе. В настоящее время это разделение принято большинством профессиональных аналитических сообществ, хотя до сих пор существуют приверженцы модели соединения анализа и супервизии. Такое решение аналитических обществ продиктовано необходимостью разделения ответственности супервизоров и аналитиков. Позиция супервизора предполагает обдумывание эмоционального воздействия пациента на супервизируемого, а не инфантильного переноса супервизируемого терапевта на супервизора. В свою очередь личный аналитик может отказаться рассматривать содержание аналитических сессий с пациентами своего подопечного, за исключением тех случаев, когда пациент затрагивает слишком сильно личные чувства аналитика-практиканта.
Отношения в супервизии отличаются от отношений в аналитической психотерапии и представляют собой отношения между двумя взрослыми коллегами, в которых не исследуются переносы и не предполагается, что будет происходить регрессия (Frijling-Schreuder, 1970). Отношения полезны для обоих участников: супервизант развивает свои навыки к анализу, а супервизор может прояснять и углублять свои мысли. Обучение в супервизии происходит большей частью через передачу переживаний и эмоций, а не знаний. Целью обучения является развитие своего собственного стиля в процессе приобретения профессии психоаналитика. Основой такого подхода в обучении является создание благоприятной обстановки, спокойной и доверительной. Необходимо создавать такие условия, чтобы обучающиеся могли вести себя активно, задавать вопросы, иногда не соглашаться или выражать непонимание, говорить о своих «ошибках».