«Человек – целое, составленное из множества различных частей или измерений. То, как, где и в какой мере все эти элементы связаны между собой, предопределяет общую конфигурацию человеческой индивидуальности. “Нормальный” разум воспринимает себя как часть опыта, которая способна соединиться с другой частью, коей является внешний мир… Когда сознание одного измерения самого себя отщеплено от остальных аспектов собственной индивидуальности, появляющаяся в результате диссоциация вместе с сопутствующей амнезией представляют главные элементы нарушений» (Япко, 1988). Там же: «Если человек концентрируется на этой дисфункциональной части самого себя, наделяя ее негативным определением, он тем самым позволяет ей стать независимой, обрести собственную неповторимость и в результате выделиться из остального текущего опыта. Затем он может подавлять эту негативную часть, отрицать ее, проецировать ее на других…»
Кроме базового убеждения о безопасности мира, нарушается еще одно глубинное убеждение – привязанность. На войне нельзя ни к кому привязываться, чтобы потом не испытывать боль утраты. Привязанность, подчеркивал Джон Боулби (Bowlby, 1969), является одной из первых и важнейших биологических функций, обязательных для воспроизводства и выживания организма. Без чувства привязанности невозможны другие, необходимые для жизни среди людей, базовые человеческие чувства – такие как любовь, дружба. Человеком овладевает одиночество, отчуждение от других. Из 43 ветеранов Чеченской войны состояние отчуждения отметили 33 (76 %), а среди «афганцев» – все 100 %.
Наличие таких факторов, как нарушение регуляции эмоций и отчуждение, приводят к проблемам в семейной жизни. Напряженная обстановка дома, конфликтность, отсутствие стабильности, моральное и физическое насилие – вот короткий перечень жалоб, поступающих от жен ветеранов. Это касается не только женщин, но и детей. Так, один ветеран Афганской войны заставлял своего десятилетнего сына за любую провинность отжиматься от пола по 100 раз, а если тот не мог этого сделать, бил. Когда вмешивалась жена, доставалось и ей. Все это комбатант делал искренне, желая вырастить из сына мужчину, который впоследствии сможет выжить на войне.
Для иллюстрации клиники ПТСР на этапе невротических расстройств предлагаю кейс № 1.
Комбатант П., 1976 г.р. Обратился в отделение реабилитации участников вооруженных локальных конфликтов Центра помощи семье и детям в октябре 1996 года. На прием привела мать.
