С ботинками повезло больше. Видимо, маленькие размеры были не в ходу… как и самые здоровенные. Впрочем, в обувных магазинах всегда так. Либо не влазишь, либо болтаешься. По счастью, ступни Мёрси были аккуратными, она это прекрасно знала, мысленно называя их «точёными». Прекрасное слово… старомодное и элегантное.
А вот в зеркале Мёрси сейчас выглядела совсем не элегантно. Какая-то девочка-боец, задохлик из многосерийного телевизионного «Терминатора» с засученными по локоть рукавами. Не особо раздумывая, Мёрси прошла за прилавками к стенду с оружием. Слева, на оленьих рогах висели ремни и какие-то замысловатые кожаные ремешки. Мёрси выбрала себе ремень и портупею. Странно, но в кармане своего модного жакетика, она обнаружила
— Долго копаешься, — сказал он и аккуратно потушил сигарету. — Свечи забери с собой, пригодятся ещё.
Мёрси послушно отлепила оплывшие свечи от прилавка. «Странно всё это, — подумала она. — Война, что ли случилась, пока я в ментовке дрыхла?»
— Ты где живёшь? — спросил Илья, когда они выбрались на улицу. — Далеко?
— На Эльмаше, — сказала Мёрси и в очередной раз безуспешно попыталась включить свой сотик.
— Ни хрена себе… далековато. Учти, трамвай не ходит.
— Я уже поняла, — сухо сказала Мёрси. — Ну, мальчики, я пошла домой, — и сразу пожалела о своих словах. Куда, ну, куда могла пойти семнадцатилетняя девушка в этом тумане… через весь город, внезапно опустевший… если только два этих странных чудика не врут. Но с другой стороны, несмотря на абсурдность такого предположения (
— Куда ты пойдёшь? — удивился Илья. — Я же тебе говорю — нет никого! Ни трамваев, ни троллейбусов, ни телефона, ни воды. Нет даже этих чокнутых мародёров… кроме нас с Сашкой.
Видно было, что он уже изрядно приложился к водочке. «Не хватало мне ещё одного пьяного», — подумала Мёрси. Она поглядела в сторону ГУВД. Слава Богу, его по-прежнему не было видно. Из серой ваты тумана угловато торчал только огромный джип, рядом с которым стоял давешний молчаливый верзила… бугай с исчирканным шрамами лицом и виноватыми глазами. Ружьё он держал как-то знакомо… где-то Мёрси уже видела такую повадку…
Ах, да! Военные в кино! Ствол ружья вниз, приклад у правого плеча. И повязка на голове, как у спецназовцев в любимых DVD Волкодава…
Словно откликаясь, обрадовавшись, что, — да-да, наконец-то и обо мне вспомнили! — из тумана вдруг
— Мё-о-орси!..
— А говоришь, одна! — хохотнул Илья. — Друган тебя зовёт…
— Он мёртвый, понимаешь? Мёртвый он! Как зомби, как покойник! — заорала перепуганная Мёрси, нашаривая пистолет в кармане объёмной куртки. Пальцами она чувствовала его, но никак не могла вытащить, не сообразив, что сунула руку в соседний карман. — Он за мной тащится!
Илья не успел ничего сказать, как Сашка скользнул за джип. Из-за крыши мелькнула его голова и нырнула в туман. Волкодав завыл снова и вдруг резко замолчал. Неосознанно, Мёрси прижималась к Илье… и слушала, слушала, слушала… Господи, что же это такое творится здесь, на этой долбаной улице, в этом отвратительном городе, на этой мерзкой планете? Илью била крупная дрожь.
Из тумана медленно вышел Сашка. У Мёрси скрутило желудок… она со страхом смотрела на огромные руки… но руки Сашки были чисты.
— Что там? — надтреснутым голосом спросил Илья.
— Он ушёл, — сказал Сашка. По лицу его катились слёзы. — Он ушёл.
Где-то далеко-далеко, на самом краю слышимости, мощно вздохнуло что-то огромное… и через несколько секунд пласты неподвижного тумана лениво взвихрил слабый порыв пахнущего сырым мясом воздуха.
