Ньяса как бы неохотно, но в тоже время с чувством скрытого превосходства отвечала на вопросы подруги. Ее женихом был никто иной, как старший сын начальника дворцовой стражи.
Айсун хорошо знала этого юношу, он был старше ее на три года. Еще год назад они весело подшучивали над ним, а теперь посмотрите-ка, уже жених. В сердце девушки проснулась маленькая змейка ревности, ведь Ньяса была ее ровесницей, но сейчас она была уже невестой.
Над полем ударил большой гонг, и состязания начались. На поле стали выходить команды участников, демонстрируя зрителям цвета своих одежд и свою ловкость в управлении с конем.
— Посмотри! Посмотри! Там твой брат! — закричала Ньяса. — Ой что это? Ах! Вот так наша тихоня!
Есигуй остановил своих всадников прямо напротив мест, где сидели девушки. Внимание Ньясы, привлек вышитый шелковый платок, который Айсун подарила другу своего брата — странному молчаливому воину с далеких восточных островов. Платок был повязан на руку так, что каждый мог видеть золотую птицу.
Ньяса просто пожирала его глазами, а Айсун как бы ненароком спросила:
— А что господин Синьвэй не участвует в скачках?
— Нет, — твердо ответила она. — В этом году его будут представлять солдаты императорской гвардии.
— Пусть себе Ньяса хвастает своей помолвкой, — подумала про себя Айсун. — Зато все теперь видят, что она не просто благородная девушка, а настоящая дама, у которой есть свой рыцарь, но, вновь посмотрев на своего брата, девушка заметила то, что не заметила раньше. На плече Есигуя был повязан платок Ньясы.
Шум, толкотня, яркие краски одежд и флагов, все смешалось в праздничном круговороте.
Участники следовали по главной улице города, направляясь к северным воротам, через живой тоннель из ликующих людей. Под копыта лошадей падали цветы и яркие вышитые ленточки. Среди зрителей даже заключались шуточные ставки, на того, кто сумеет бросить ленточку так, чтобы выбранная лошадь могла наступить на нее двумя копытами.
За городом всадники разошлись и заняли строго положенные места. Скачки начались.
В ожидании звука большого гонга наездники старались усмирить своих скакунов, которые сильно нервничали и то и дело стремились сломать строй. Когда главный глашатай поднялся на стену и подошел к огромному бронзовому диску, то напряжение достигло предела. Двое молодых всадников не выдержали и пустили своих коней вскачь, за что и были сразу же прогнаны и осмеяны толпой. Наконец глашатай взял длинный молот и ударил им точно в центр гонга. Звук потонул в криках наездников, топоте копыт и шуме толпы.
Всадники рванулись вперед, но в половине ли от стен начался самый настоящий кошмар. Низина, затопляемая ранней весной, представляла собой страшное нагромождение кочек, валунов и глубоких рытвин. Тот, кто не успевал быстро среагировать, вылетал из седла, лошади ломали ноги и падали на пути у других, вызывая самую настоящую свалку. Мне повезло, стараясь не отставать, я так и держался в лидирующей группе, не вырываясь вперед и имея достаточно времени, чтобы заметить внезапно возникшее препятствие. Стараясь не упускать из вида желтый бунчук Есигуя, я обошел нескольких всадников и занял место позади него. Наши лошадки оказались проворнее, и мы смогли прийти к финишу вторыми. Впереди была команда, сотника Дигуная.
Теперь предстояло испытание на владение клинком. Сменив коней, мы галопом пронеслись между столбов, рассыпая удары направо и налево, уклоняясь от выступающих из них прутьев и кольев.
В этом деле, мы смогли прийти первыми, и теперь только последнее состязание могло решить, кто станет победителем, а кто нет.
Всем участникам раздали по восемь ярко желтых стрел с разноцветным оперением. По ним судьи будут определять, чей выстрел достиг цели, и сколько очков получила та или другая команда. Больше всего очков, судьи присуждали за последнюю мишень. Но если замечали, что стрелок не стрелял в предыдущие, то его лишали всех набранных ранее очков, и с позором изгоняли с состязаний.
Как победитель предыдущего этапа, наша команда стреляла первой. Два всадника промахнулись в первую мишень, но последнюю поразили все. Судьи подсчитали очки и огласили его перед толпой, которая взорвалась радостными криками.
Теперь настал черед наших соперников — команды, основными игроками которой были воины дворцовой стражи.
Среди них выделялся своим огромным ростом капитан их команды — десятник Дигунай, пользовавшийся славой чемпиона прошлых игр. Вся команда всячески старалась ему подыграть, но теперь победа зависела только от ловкости каждого всадника.
Судья ударил в гонг.
Всадники понеслись по коридору, выпуская на скаку стрелы. Дигунай шел первым. Одна, вторая, третья, лицо Есигуя стало белым от напряжения, четвертая. И в этот момент конь десятника споткнулся и рухнул. Вся группа смешалась. Толпа взорвалась громогласным ревом. Из восьми мишеней было поражено только четыре первых. Ни одна стрела не поразила деревянного зайца. Это был чудовищный провал. Под свист и улюлюканье толпы дворцовая стража покинула поле, а мы стали победителями игр.
