Сколько я проспал, не знаю, но солнце стояло высоко. Женщина принесла рис и немного мяса кабарги. Поставив все это передо мной, она поклонилась и ушла заниматься своими делами, предоставив мне наслаждаться покоем. Как и все лесные жители, Ди-Гуань жил охотой, под навесом лежали заготовки для силков, ловушек, древки рогатин и еще много всяких нужных на охоте вещей. Но некоторые из них показались мне немного необычными для простого охотника. Под крышей были аккуратно укреплены пучки прутьев речной ивы, а на большом длинном столе лежали длинные жерди черной березы и ровные пластинки кости и рога. Скорее всего, хозяин был мастером лучником, но что, же мог делать такой человек в глухом таежном селении? Но я не стал особо задумываться над этим вопросом. Общение с шаманом уже убедило меня в том, что есть вещи, которые нужно принимать как должное, а их причина сама откроется, когда придет срок.
Ждать пришлось недолго, вскоре пришел и сам Ди-Гуань. Сев возле очага и взял чашку с горячим травяным чаем, и первым начал разговор.
— Наш род живет в сопках очень много лет. Сюда приходили Кидане, Коре, Чжурчжени, но кому нужна маленькая лесная деревенька. Монголы тоже уйдут, они дети степей, а не лесов.
— Может ли кто-нибудь показать мне дорогу к крепости, ведь здешних мест я не знаю?
Дорогу я покажу, только это тебе не впрок будет. Твою крепость монголы взяли шесть лун назад, а их армия прошла далеко на юг, так, что идти туда тебе нет никакого смысла.
— Все же я пойду. Может, еще кто-нибудь остался, а если нет, то буду знать наверняка.
Ди-Гуань отрицательно покачал головой.
— Нет, я не могу понять тебя. Что тебе искать, оставайся с нами, станешь нам братом.
Но я твердо решил, что не останусь в этой гостеприимной деревушке. Мои друзья были где-то там, на юге и я не мог оставить их. На следующий день начались сборы в дорогу. Когда было все сложено, пришли почти все жители деревни и стали обсуждать предстоящий путь. Ди-Гуань сказал, что проведет меня до старинной дороги, которая идет вдоль горного хребта. Ее построили еще во времена Бохай, но после падения их царства ее совсем забыли, и никто ей не пользовался. Только изредка какой-нибудь охотник проходил по ней, следуя на южное побережье. По ней можно без труда попасть к южным морским городам. Все согласились с его планом, и мы тронулись в путь.
Продвигаться по тайге, было тяжело. Густой подлесок, состоящий из дикого ореха, переплетенного лианами дикого винограда и актинидий, иногда создавал просто непреодолимые джунгли. Кроме этого по склонам сопок во множестве росли деревья с колючим стволом, колючки которых рвали одежду и кожу с яростью когтей дикого зверя.
Следуя за Ди-Гуанем, я много раз думал, что в одиночку никогда бы не справился с такой дорогой. Одно дело, следовать верхом, а другое, идти дикими звериными тропами, иногда прорубаясь через кустарник или прыгая с кочки на кочку, вскоре мы вышли к старинным развалинам, от которых начиналась дорога.
— Погоди, впереди кто-то есть! — Ди Гуань поднял руку и остановился.
Я не видел ничего подозрительного, но все же осторожно вытащил клинок.
— Не монголы, коней рядом нет, сказал старик и мы начали осторожно пробираться по подлеску.
На поляне горел небольшой костер, около которого сидели двое парней, в изодранных куртках. Их лица были темными то ли от грязи, то ли от копоти, сразу и не разберешь. Старший что-то жарил над углями, а младший что-то тихонько напевал.
— Похоже, охотники, сказал Ди-Гуань, только вид у них какой-то странный. Надо спросить.
Но старший, вдруг повернулся в нашу сторону и сказал.
— Здравствуйте добрые люди.
Ди-Гуань осторожно вышел на открытое место. Между тем, говоривший продолжал.
— Проходи к огню старик, не бойся и друга своего пригласи, мы давно уже вас слышим.
— Но откуда?
Ди — Гуань не мог поверить, что кто-то мог слышать его. Ведь он был одним из лучших охотников в своем селении. Впрочем, на самого лучшего всегда найдется более лучший. В поведении этих двух охотников было что-то смутно знакомое мне, поняв, что они знают о моем присутствии, я тоже подошел к костру и сел у огня. Старший протянул мне кусок мяса, но тут его взгляд упал на рукоять моего клинка.
— Господин! Вы живы! Вот радость — то!
Я ничего не понял, а два охотника повалились передо мной на колени и стали прыгать вокруг меня словно дети.
— Господин! Это же мы! Вы не узнаете нас.
Пристально взглянув на их лица, я, наконец, все понял. Этими двумя охотниками были Ди-шу и Агунай, те молодые воины из сотни деда, с которыми я часто охотился в крепости.
— Вот так встреча! Мы думали, что вас уже и на свете-то нет. Как вы попали сюда?
