Через полчаса ящики с упакованными в них "миниконами" были перетащены в ангар усилиями Моксана. Сью, несмотря на усталость, пошёл вместе с ним, чтобы выцыганить пару блоков для запуска неуправляемых ракет и прицел их наведения.
Бенъард убедился, что Моксан за сутки полностью восстановил работу аэропорта. Как ему сказал с гордостью диспетчер, первый рейс "Сабены" ожидался в воскресенье. Договора, соглашения, контракты и доверенности были заранее оговорены всеми заинтересованными сторонами. Удачно закончились переговоры и с бельгийцами. В ночь на шестое Окойе созвал экстраординарное собрание Госсовета, на котором утвердил оба соглашения с КредитБанком. Отдельным вопросом в повестке дня стояло выделение концессии "Тайроун Холдингс". После долгих дискуссий оно также было утверждено. Здесь немалую роль сыграла личная заинтересованность: каждый из пяти советников, поддержавших проект, получил в подарок по 2% акций. Несмотря на это, каждый из них, включая Хороса, громко выступал против этого проекта, но проголосовали в поддержку концессии. Не голосовал только Шеннон, объявивший, что он является заинтересованным лицом. Этот вопрос был последним в повестке, и Кот ушёл с заседания до голосования. Он рассчитывая перекинутся парой слов с Мэдом Сью. Это не удалось, поскольку пилот уже нарезался и отдыхал, набираясь сил перед рейсом в Лагос. Он попросил Фредди (или Жоржа?) разбудить, когда пилот появится на завтрак. Поспать удалось всего несколько часов. Пилот решил лично проверить "дакоту" перед вылетом и поэтому встал на рассвете. Неизменный Чанг уже сидел рядом. Экипаж "Дакоты" остановились в отеле "Насьональ", принадлежавший китаянке Вонг. Старое деревянное здание, построенное в колониальном стиле, соседствовало с совершенно убогой пристройкой в виде убогой бетонной коробки. В прежние времена отель конкурировал с "Индепенденсом", поскольку располагался ближе к аэропорту и напротив него располагалась единственная частная бензозаправочная станция в Кларенсе. По традиции в нём всегда останавливались лётчики. Она не изменилась даже во время правления Кимбы, хотя самолёты стали посещать Кларенс гораздо реже. Оставшиеся номера при нём заполняли армейские офицеры и сотрудники службы безопасности, которые вытворяли бог весть что. На Новый Год командующий напился до того, что начал из своего нечищеного "кольта" расстреливать ящериц, которые кишмя кишели в коридорах старой гостиницы. После этого пришлось целую неделю заделывать дыры в стенах и полу. Хорошо еще, что убиты оказались всего лишь два гостиничных боя. Каждый день офицеры приводили к себе в номера целые толпы женщин для допроса. Дирекция отеля довольствовалась тем, что систематически записывала на счета своих постояльцев по пятьсот кимб за каждую девицу, которая пересекала порог. Эти счета ежемесячно отсылались в министерство обороны, но никогда не оплачивались. Однако, именно благодаря им миссис Вонг избежала конфискации своей собственности. Со сменой режима его хозяйка вновь вступила в свои права. При помощи различных уловок она смогла добиться того, что многие приезжие предпочитали "Насьональ" "Индепенденсу". На первом этаже отеля располагался "Слот", самый популярный в Кларенсе кафе-шантан. По вечерам в нём пел блюз какой-то карибский негр, выдававший себя за певца. Как-то Шеннон посетил его выступление и разочаровался. Репертуар этого Мадди Уокерса состоял из полусотни заученных поп-куплетов. Зато за семь сотен здесь можно было потискать фигуристую крестьяночку, изображающую из себя женщину-вамп при помощи лака и косметики. Ровно столько же стоила здесь и порция виски "J&B". Тариф для девиц лёгкого поведения, желавших проникнуть в отель здесь сохранился прежним, поэтому всё удовольствие обходилось для сметливого самца всего в два доллара. "Слот" был особенно оживлён по средам, пятницам и субботам, когда в нём проходило эротическое шоу, за просмотр которого взималась плата в две тысячи зангов с каждого столика.
В это утро Шеннон встал с восходом солнца и, даже не позавтракав, отправился в "Насьональ": ему было просто необходимо встретиться с Мэдом Сью. В это утро на Равнинной Дороге за исключением нескольких велорикш, не было ни души. Шеннон подъехал к бетонной коробке отеля и нажал на кнопку электрического звонка, установленного на железной калитке. На его трезвон, протирая глаза, вышел заспанный сторож, который по слухам служил когда-то в полку Королевских Африканских Стрелков. Он был чёрен, неимоверно худ, а вместо правой ноги имел деревянный протез. Его недовольное лицо моментально сменило выражение, едва он увидел полковника. Хмурое, почти злое лицо вдруг озарила улыбка:
- Проходите, масса! Чем могу быть полезен, - заверещал сторож, широко открыв дверь.
- Где у Вас тут завтракают?
- В "Слоте", масса...
- Проводи меня туда.
- Прошу, Вас, масса, - сторож быстро застучал своей деревяшкой.
