Вот так слушок и пошел, что я во время течки просто зверь. Так не поверишь, когда я тек, у меня на районе тишина стояла, как на погосте. Но если быть до конца честным, то я старался все решить миром. Бывает, дети расшалятся по дурости, там грех с орех, а по закону статья! Я тогда вызывал обе стороны и предлагал выбор: по закону или по справедливости? Ведь бывает, что по-семейному отшлепаешь пацаненка, объяснив вначале за что, и у того в голове прояснение наступает. Все довольны, хулиганов на улице меньше и в тюрьмах пустые места появляются. Хотя, это смотря какой случай. Одно дело, дети недосмотренные, а другое дело - замажоренный ублюдок, который считает, что ему под родительским крылом все сойдет. Бывает, что и ребенок вроде из хорошей семьи, а такая дрянь получается… тогда лучше по закону, потому что по совести убить и то мало получится.
- И, что, ты их всех знаешь? – удивился Торио.
- Нууу, не всех, это уже давно не мой район. Здесь люди одни работают, а другие промышляют.
- Это как?
- Ну, кто-то гамбургеры продает, а кто-то по карманам шарит. Здесь и бары, и стриптиз-клубы, и мамочки своих мотыльков выгуливают.
- Так, если ты о них все знаешь, то почему тогда всех не переловишь? – искренне удивился Торио.
- Ну, во-первых, не пойман, не вор, а во-вторых, свято место пусто не бывает. Ну, и в-третьих, это теперь не моя епархия, я уже давно работаю в убойном отделе следователем. Я и опером набегался, и в юридическом на заочном отучился, так что у меня сейчас другие волнения. Но люди помнят, здороваются, а это приятно.
Время проходило легко и приятно. Торио уже забыл, когда так весело и беззаботно проводил время. В луна-парке он был в последний раз еще в младших классах школы, а потом почему-то считал, что подобные аттракционы только для малышей. Но сейчас ему было весело и легко не только от развлечений, а и от руки Бориса, так по-хозяйски придерживающей его за талию. Напоследок решили прокатиться на колесе обозрения. Стоило только кабинке подняться вверх и оказаться вне видимости работника аттракциона, как горячие губы Барсика уткнулись в шею Торио.
- Попался! - горячо прошептал Барсик в пунцовое ухо, прихватывая зубами мочку.
Торио сам не понял, когда его подхватили под попу и посадили верхом на колени Бориса. Он в панике забарахтался, тщетно пытаясь вырваться из крепких рук, которые ловко пробрались под толстовку и теперь по-хозяйски вытаскивали футболку из джинсов в надежде добраться до беззащитного тела. Борис жадно выцеловывал шею, скулы, облизывал ухо. Торио тяжело дышал в шею Бориса, чувствуя, как волнами накатывает возбуждение, сметая все границы и понятия о приличном и не приличном. Он поерзал на коленях Барсика под жадными руками, которые уже ловко заползли под просторную футболку и теперь вовсю оглаживали бока и влажную спину. Губы Барсика кружили по лицу, но не прикасались к губам. Альфа сам потянулся за ускользающими губами, получив в ответ только лукавую улыбку. Наконец, полностью сорвавшись от невозможности заполучить желаемое, он бесцеремонно схватил Бориса за лицо обеими руками и заглянув в глаза увидел в них покорное ожидание. Ожидание признания и ответных чувств, это было так трогательно и несколько неожиданно, что альфа на долю секунды попал в шоковое состояние от увиденного, он осознал своего неординарного сильного, но все равно омегу!
Торио сам потянулся к сладким и умелым губам, мучительно сожалея о том, что нельзя остановить время или хотя бы замедлить движение кабинки. Вкус Барсика его ошеломил. Это была яркая спелость персика, приправленная сильным ароматом желания. Его еще никто никогда так не целовал, да и он сам никогда так самозабвенно не отдавался во власть чужих и одновременно желанных губ – до подгибающихся ног, трясущихся рук и полной потери ориентации в пространстве. Борис изнутри вылизывал его рот, исследуя, приглашая расслабиться и отдаться. Торио не просто повело, он полностью потерялся в ощущениях, и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы у Бориса не начал наяривать мобильный.
Борис раздраженно шипел, разыскивая трясущимися руками в карманах мобильный. Но к тому времени, когда противная вещь была найдена, Борис уже взял себя в руки и вполне будничным голосом ответил на звонок.
- Да! Я понял, куда ехать-то? В каком парке? Так я уже здесь. Нет, скоро не подойду, мне еще минут десять – пятнадцать отсюда не выйти. Я в луна-парке на колесе обозрения. Хорошо, ждите…
- Извини, - Борис испытующим взглядом посмотрел на Торио, ожидая его реакции, - свидание отменяется, меня вызывают на работу.
Торио молча пересел с колен Бориса на сиденье напротив и поправил одежду. Борис напряженно ожидал решение альфы.
- Хорошо, я все понимаю, – Торио перехватил взгляд из-под удивленно приподнятой брови и решил пояснить, - я все же альфа, а не склочная омега. И потом, я с самого начала знал, кем ты работаешь, и принял твою профессию, как неотъемлемую часть тебя. Я достаточно взрослый мальчик и понимаю, что ты работаешь не стандартные восемь часов, сидя на стуле в офисе.
