Проклятый флакон с настойкой кровохлебки закатился так далеко, что ногой достать его было решительно невозможно. Пришлось лезть. Я отодвинула высокую деревянную табуретку со ступенькой, нырнула под прилавок и протянула руку за флаконом как раз в тот момент, когда над дверями запели колокольчики. Дернулась, порываясь вскочить, сильно ударилась головой об деревянную, оббитую жестяным листом столешницу, вскрикнула от боли, а в довершение всего ещё оглушительно чихнула. Пыльно. И винить тут некого: уборка в аптеке - моя обязанность.
Вылезла, вся растрепанная и красная, со съехавшим на затылок чепцем, сдула с лица прядь гладких пепельных волос и во все глаза уставилась на посетителя. Такие в мою (нашу) аптеку ещё не заходили.
Мужчине на вид было чуть больше двадцати пяти, но это было явно не те же двадцать пять, как, к примеру, у моего кузена Фредерико. Фредерико был прыщав, склонен к истерикам и постоянно терял ключи от гостиницы. Этот же был совсем другим.
Невысокий (Фредерико задевал затылком колокольчики, а у незнакомца до них не доставал даже цилиндр), ладно сложенный, с каштановыми кудрями и гладко выбритым лицом, он источал просто отвратительную уверенность в себе и оглядывал нашу аптеку с таким презрением, словно здесь по стенам ползали тараканы, а на полках лежало мышиное дерьмо. Мне он сразу не понравился.
- Госпожа Ферн? - брезгливо приподнял верхнюю губу аристократишка.
- Она самая, - грубо ответила я. - Чего надобно?
Стоило, конечно, прибавить "господин" или даже "ваша милость", потому тянул посетитель не меньше, чем на графа, но я упрямо упустила вежливое обращение.
- Надобно? - повторил он, как попугай. - Ах, вы спрашиваете, зачем я здесь! Мне вас порекомендовал... впрочем, неважно. Я, кажется, ошибся.
Его пингвинья задница всем свои видом выражала возмущение, намереваясь уйти, а я вдруг сообразила, кто это такой, и аж подпрыгнула.
- Стойте, ваша милость, - заорала я. - Граф Волорье, я знаю, что вам нужно!
Он развернулся и посмотрел на меня с таким ошарашенным видом, что я не удержала торжествующей улыбки, впрочем, тут же сделав серьёзное лицо. Выскочила из-за прилавка, задернула шторки на стеклянной двери аптеки и заперла дверь. Граф продолжал смотреть на меня со странным выражением лица, поглаживая набалдашник трости.
Я нажала на полки в нужной последовательности, и часть стеллажа открылась, словно дверь. Вытащила, крякнув, из тайника оббитый медью сундучок, прижав его к животу, потащила на стол. Посетитель, поставив трость в урну для зонтиков, бросился мне помогать. Надо же, не совсем пропащий.
Он донёс сундучок до прилавка. Я приложила ладонь к замку и даже не поморщилась, когда иголка кольнула меня в палец. Крышка откинулась, а я принялась выкладывать на прилавок свои сокровища, вслух называя каждый пузырёк и злорадно наблюдая, как с каждой минутой вытягивается лицо графа.
- Остролист лесной и беладонна - наркотический отвар, устраняет боль, развязывает язык. Мохнатка утренняя - мгновенно останавливает кровотечения. Железняк с соком алкона - вводит в длительный сон с почти полной потерей дыхания...
Склянок и кульков на столе становилось всё больше, а потом на мою руку легла тёплая ладонь графа. Я нервно отдернула руку, испугавшись непонятного ощущения в животе.
- Кто ты такая? - мрачно спросил он. - И откуда ты меня знаешь?
- Я Авелин Ферн, - спокойно ответила я. - А что до второго вопроса... тут просто. Одеты вы не по-нашему, выговор ранолевский. Держитесь надменно, самоуверенно, но в то же время довольно просто, стало быть, аристократ. Трость у вас, а вы молодой и не хромаете. Значит, это оружие, холодное, скорее всего, шпага. Холодное оружие из аристократии Ранолевса разрешают носить только графам и герцогам, ну и князьям, а уж князю в нашу аптеку не по чину заходить, он бы прислал посыльного. Герцог... ну не знаю. Не тянете вы на герцога, да их всего двенадцать, они все старые, и что-то я не слышала, чтобы кто-то из них представился за последний год. Значит, граф. А граф сейчас из Ранолевса только один в Фулбине, Волорье. К тому же тётушка меня предупреждала, что может зайти важный посетитель, чтобы я ему показала ларец.
- Великолепно! - картинно похлопал в ладоши граф. - Отличная логика! А может, я князь, просто инкогнито?
- В такой одежде?
- А что не так с моей одеждой? - удивился он. - Вроде довольно скромно.
- Особенно сапоги, шитые на заказ, - согласилась я. - И кошель с магической защитой.
- Сколько тебе лет, девочка? Ты просто прислуга, или разбираешься в зельях?
- Семнадцать! - гордо ответила я. - Я травница.
- Ну-ну... заверни мне эти три пузырька... и еще вот это.
Он отодвинул в сторону несколько мешочков с травами, а потом навис надо мной, как коршун над цыпленком и нежно провел пальцами по моим волосам, захватывая гладкую прядь. Я сглотнула, оцепенев, а он отступил на шаг и шепнул:
- Паутина.
