Спустя пару минут, во время которых в гостиной царила полная тишина, я перевела взгляд на Карана, который накладывал себе в тарелку жареную картошку. Он не смотрел в мою сторону, а вперил взгляд перед собой, но, кажется, делал это непроизвольно. Я улыбнулась про себя. Потом мы пересеклись взглядами с Сеной. Она тоже видела, как вел себя Каран, и улыбнулась мне в ответ.
– Вам необязательно везти меня в аэропорт, – произнесла она, на что я отрицательно покачала головой. – Правда-правда, это необязательно. Я поеду на такси.
– Разве так можно? – сказал Ариф. – Я тебя сам отвезу.
Каран прочистил горло.
– Мы вместе отвезем, – сказал он, произнося отчетливо каждое слово. Он грозно посмотрел в сторону Арифа, но, переведя взгляд на Сену, тут же смягчился: – Ты же наша гостья.
Я была удивлена, что он не произнес свое коронное
– Забота о дороге в аэропорт на наших плечах, – сказал он, словно старший брат. – В любом случае мы бы не пустили тебя одну на такси.
Я улыбнулась, когда он это сказал.
– Спасибо, – ответила Сена.
Завтрак был окончен. Каран, не разрешивший нам самим убрать грязную посуду, сказал, чтобы мы лучше провели оставшееся время вместе с Сеной. Тогда мы взяли с собой кружки с кофе и направились в сад, а я радовалась, как нам повезло с погодой. День сегодня начался очень хорошо. Надеюсь, он так же хорошо и закончится.
– А где ты учишься, Сена? – спросил Омер.
– В Университете Гази[57], на факультете торговли, – ответила она с гордостью. – Я сейчас на втором курсе, но уже закончила первый семестр, потому что беру дополнительные занятия.
Каран, сделав глоток кофе, откинулся на спинку стула. Интересно, смогу ли я когда-нибудь добавить соль[58]?
Точно, уничтожу его надпочечники.
– А ты знаешь иностранные языки, Сена? – спросил он серьезно.
– Конечно, – ответила она. – Благодаря Эфляль я подтянула свой английский, а потом с ее помощью начала изучать испанский.
Я подмигнула Сене и перевела взгляд на Карана с Омером. На их лицах отразилось смятение, когда они поняли, что кое в чем просчитались.
– Да, но… – сказала я весело. – Разве ты не уточнил, сколько языков знает девушка, у которой ты перерыл всю подноготную? Возможно, тогда ты бы подумал дважды, прежде чем говорить перед ней на испанском.
Каран откашлялся.
– Прости, – произнес он. Сейчас он был похож на маленького мальчика, которого отчитали за плохое поведение. – То, как мы себя вели тогда в больнице, было невежливо.
– Прости нас, маленькая птичка, – поддержал Омер.
– Без проблем, – произнесла я, склонив голову. – Хотя мне не понятно, зачем использовать другой язык, если вы не говорили ни о чем таком секретном…
Каран тут же быстро посмотрел в сторону Омера, отчего я удивленно подняла брови. Затем Каран снова повернулся ко мне, но я не могла разобрать, что же значил его взгляд. Это что, какая-то игра? Может, они знали, что я говорю по-испански, и просто проверяли меня?
– Сена, что бы ты сказала, если бы я предложил тебе место в нашей компании? – спросил Каран, сменив тему, и вопрос, который я хотела задать, так и остался при мне. – Я бы не хотел упускать такой молодой и опытный ум, как у тебя. Если после окончания университета ты захочешь к нам присоединиться, то Группа компаний «Акдоган» будет тебя ждать.
Глаза Сены тут же загорелись, да и Ариф засветился от счастья. Как два человека могут так быстро понравиться друг другу?
Нисколько!
– Я буду очень рада этому, – сказала Сена с радостью. – Спасибо за предложение.
– И что мне без тебя делать? – вмешалась я, смотря ей в глаза с напускной печалью. – Кто будет подговаривать меня совершать странные поступки? Кто быстро поймет, что мне нужно, и сделает это еще до того, как я что-то скажу? Я не отдам тебя Акдоганам. Все, что они тебе предложат, я удваиваю! – сказала я с азартом.
– Утраивай, брат! – с волнением произнес Ариф. – Пусть даже будет 1:0, но мы не поделимся Сеной!
Омер засмеялся.
– Что значит 1:0? – спросил он. – Мы работников нанимаем или футболистов?
Он подначивал Арифа точно так же, как и меня. Я ухмыльнулась, потому что мне было весело смотреть, как Омер издевается над кем-то, кроме меня и Карана. Ариф тут же вперил взгляд в Омера, словно прося:
– Ляль, – произнес Каран. Когда он так обращался ко мне, мне тут же хотелось положить свою руку ему на грудь, чтобы услышать биение его сердца. В моей жизни было всего два человека, теплота сердец которых была так мне желанна. Одним из них был отец, а вторым – Каран. Билось ли его сердце так же быстро, как и мое сейчас?
– Возьми у меня все, что хочешь, но сотрудницу не забирай, – сказал он мягко. – Ты только зря потратишь время. Не утомляй себя, красавица.
