Мне стало стыдно от такого бессмысленного вопроса, поэтому я отвернулась, стараясь смотреть в противоположную сторону. Что со мной происходило? Он мог ходить куда угодно и когда угодно. Да, я жила у них дома, но они не давали мне права постоянно их допрашивать. Хотя лучше бы дали.
Омер быстро поднялся на ноги и протянул мне руку:
– Давай, вставай и пойдем в дом. Я уже проголодался, да и прохладно стало на улице.
Я подала свою руку и поднялась с покрывала. Вместе мы зашли в гостиную.
– Вы сегодня рано вернулись.
Ох!
– Сегодня мы рано закончили, – ответил он, повернувшись ко мне, а потом ухмыльнулся: – Кажется, ты не очень довольна. Можем уйти, если хочешь.
– Не говори глупостей, – засмущалась я. – Это и ваш дом тоже.
Омер улыбнулся и легонько коснулся моего плеча.
– Ну спасибо, – с деланой благодарностью ответил он. – Карану будет очень приятно это услышать.
Мне было сложно держать себя в руках, потому что я уже употребила бесстыдное количество наречия «тоже» в своих ответах, поэтому просто натянуто улыбнулась.
– Что мне будет приятно услышать?
Внезапно возникший из ниоткуда Каран, услышав наш разговор, направлялся к нам. Я быстро повернулась к Омеру, говоря взглядом «
Омер понял меня и громко откашлялся. Бросив взгляд на стол, он восторженно ответил:
– Ичли кёфте[14]! Ты будешь очень рад узнать, что сегодня у нас будут котлеты из булгура.
Я вздохнула с облегчением.
– Но я их не люблю. Их больше всего любит… – начал он, но остановился. Он посмотрел сначала на Омера, потом на меня и бросил: – Пойдемте тогда к столу.
Я не стала этого делать. Подавляя любопытство, я села на свое место. Я опять облажалась. С того самого момента, как Каран появился в саду, от него исходила нервозность, которую он перенес и за обеденный стол. Было бы лучше, если бы он закончил предложение, потому что обстановка была напряженной. Из-за этого я ощущала себя неуютно.
Тетушка Зулейха, зайдя в гостиную, поприветствовала нас и начала накрывать на стол. Мы сидели в полной тишине, я старалась не смотреть в сторону Карана. Казалось, что, если я замечу хоть что-то в его взгляде, это подогреет мое любопытство сильнее, и я не смогу нормально заснуть, пока не узнаю детали. Поэтому я отвернулась и начала поедать свой суп.
Омер нарушил молчание, спросив Карана:
– Ты ходил туда?
Я подняла голову. Омер пристально смотрел на Карана. Тот метнул в Омера гневный взгляд. Я впервые видела его таким, и это меня неприятно удивило. Я в последний раз посмотрела в его сторону и опустила голову.
– Обязательно нужно сейчас спрашивать, Омер? – резко спросил Каран.
Мне не хотелось присутствовать при их ссоре. Омер больше не сказал ни слова. Пока подавали второе, тетушка Зулейха, видя, какая за столом нервная обстановка, даже не пожелала нам приятного аппетита.
Ах, если бы я могла его разгадать.
До конца обеда никто из нас так и не произнес ни слова. Ичли кёфте, которые стояли в центре стола, остались нетронутыми. Я не знала, в чем провинились эти котлеты, но, раз уж никто их не ел, я тоже не стала. Я даже не знала, что так скучала по этому блюду, пока не увидела его на столе. Котлеты выглядели такими красивыми и пухлыми, что у меня потекли слюнки.
Да, согласна.
Когда Омер и Каран одновременно встали из-за стола, я тоже последовала их примеру, хотя так и не доела свою порцию. Каран молча вышел из гостиной.
– Нам нужно поговорить. А ты развлекайся, – сказал Омер и пошел следом за громко дышащим Караном.
Замолчи, давай больше не будем думать об этих котлетах.
