– Потому что я думаю о тебе! ТЫ НЕ СМЕЕШЬ ВИНИТЬ МЕНЯ ЗА ТО, ЧТО Я ДУМАЮ О ТВОЕМ БЛАГОПОЛУЧИИ! – Мои глаза были полны гнева, в груди закололо от обиды и отчаяния. – Следи за тем, как ты ведешь себя и что говоришь!
– Это я-то? – В его взгляде злость смешалась с какой-то язвительностью. – Это ты уходишь от ответа. И это ты должна следить за тем, как ведешь себя. Но прости… Это ведь ты здесь главная! Ты можешь приходить и уходить, когда тебе угодно!
Гёкхан был слишком ослеплен гневом, чтобы заметить разочарование, которое я испытала после этих слов.
– Ты говоришь мне, что мы друзья. Какая это дружба, Эфляль? Я просто сотрудник, которому ты можешь позвонить в любое время дня и ночи и попросить об одолжении. Кроме этого, у меня больше нет никаких обязанностей перед тобой!
– Не надо, – сказала я тихо. – Пожалуйста, не разрушай нашу дружбу.
– Хватит! – Он еще больше распалился. – Что у тебя творится? Где та опасность, о которой ты говоришь и которую я не вижу? Сейчас, в твоем нынешнем положении, я не вижу никаких признаков того, о чем можно было бы беспокоиться! Если не хочешь ничего мне рассказывать, то хотя бы перестань лгать!
В отчаянии я села на стул, не в силах поверить, что он настолько ослеплен своей яростью. Я поджала губы и попыталась сжать дрожащие руки в кулаки, наблюдая, как падаю в глазах Гёкхана. В этот момент к нам подошел Каран; он встал перед Гёкханом и толкнул его в грудь, пока Гёкхан все еще со злостью смотрел в мою сторону.
– Знай свое место! – сказал Каран сердитым тоном. – И следи за тем, как разговариваешь! Сначала посмотри, кто перед тобой, а потом выбирай соответствующий тон!
Гёкхан, все еще сверля меня взглядом, отшатнулся назад. Наблюдая за ним, я подумала о всем том счастье, которое похоронила в своем прошлом. О всех наших радостных моментах и переживаниях, которые мы вместе испытывали, когда добивались успеха в общих делах… Он уничтожил их все. Он выставил меня виновной в том, что я заботилась о нем. Взгляды охранников, собравшихся вокруг, были устремлены в их сторону.
– Я злюсь, – ответил Гёкхан, и я невольно засмеялась. – Я очень злюсь, но все потому, что люблю тебя. Ты же это понимаешь?
– О какой, к черту, любви ты тут болтаешь? – повысил голос Каран. – Сейчас я покажу тебе! О какой любви ты треплешься?
Гёкхан перевел взгляд на Карана.
– Если бы я любил ее не как брат, то стал бы тебе более интересен, не так ли? – крикнул он ему в лицо.
– Тогда не спрашивай! – жестко отрезал Каран. – Если любишь, то не лезь с расспросами! Не расстраивай ее!
В это мгновение наши с Караном взгляды пересеклись, и я увидела ту печаль, которую он прятал внутри. В этот момент Каран понимал меня куда лучше, чем Гёкхан.
Каран посмотрел в сторону Арифа и приказал:
– Сопроводите его в аэропорт.
Кажется, Гёкхан хотел что-то сказать, но я перебила его:
– Разве ты не можешь поверить родному человеку? Почему тебе трудно принять то, что я тебе говорю? Почему ты не веришь, когда я рассказываю тебе, что вынуждена молчать, потому что забочусь о тебе? Как ты не можешь видеть, через что я прошла?
Я снова поднялась со своего места и продолжила, не обращая внимания на окружающих:
– Что я сказала тебе, когда уезжала? Я сказала, что доверяю тебе все, что у меня есть. Как ты думаешь, зачем мне нужно было все бросать, Гёкхан? По какой причине я оставила свою жизнь в Анкаре и покинула родной дом, если ты не видишь никакой опасности? Как ты можешь быть настолько уверен в своей правоте? – Разочарование в моем голосе было очевидным. – Ты сильно меня расстроил.
В саду воцарилась тишина. Даже Босс утихомирился, и казалось, что все присутствующие задержали дыхание. Уже перед тем, как развернуться и уйти, Гёкхан произнес:
– Мне просто хотелось знать правду и быть с тобой рядом.
Я горько ухмыльнулась:
– На самом деле ты был моим самым близким человеком. Я уже говорила, что именно тебе я доверила все, что мне дорого. – Я заметила в его взгляде сожаление, когда он понурил голову. – Иногда лучше не знать всей правды. И ты был именно тем другом, который поддерживал меня, не задавая лишних вопросов.
Сердце заныло, когда я использовала слово «друг» в прошедшем времени, а Гёкхан посмотрел на меня и замотал головой, словно прося:
– Я доверяла тебе. Спасибо за все твои усилия, но этого больше не потребуется. – Я тяжело сглотнула. – Ты сможешь передать доверенность на управление рестораном новому человеку, которого я пришлю завтра. «Алисия» больше не под твоим управлением.
Его глаза расширились от ужаса.
– Кому еще ты сможешь доверить управлять рестораном, кроме меня? – спросил он изумленно. – Как ты это сделаешь? Кому еще ты сможешь доверять, Эфляль?
– Теперь ты видишь, к чему это привело! – Я повысила голос. – Ты не сможешь больше управлять моим рестораном, Гёкхан. Я не могу доверить мое детище тому, кто ставит под сомнение мои слова и обвиняет меня во лжи!
