С этими словами он встал с кровати и вышел из комнаты. Я смотрела ему вслед, и на моем лице расплывалась глупая улыбка.
Я подошла к окну; на улице шел дождь. Вчера вечером я сильно испугалась, но сейчас со мной все было в порядке. Это был первый раз в жизни, когда кто-то меня ударил, но та пощечина не шла ни в какое сравнение с побоями, которые обрушились на Карана. Я коснулась пальцем ранки в уголке губы. Каран тогда сказал в переулке:
– Больно? – спросил у меня возникший из ниоткуда Каран. Он оторвал мою руку от губы и взял меня за подбородок, притянув к себе. – Может, нанести обезболивающий крем?
Я улыбнулась, увидев, сколько сострадания было в его глазах.
– Мне не больно. Удар был несильный.
Поняв, что Каран сейчас снова начнет заводиться, я отвлекла его, укусив за руку.
– Давай спустимся вниз, – произнесла я быстро.
Карана позабавила моя реакция, но он не стал мне подыгрывать. Лишь коснулся своими теплыми пальцами раны на моей губе.
– Давай спустимся, – ответил он мягко.
Он надел сверху черную футболку. Я невольно дотронулась до его груди, словно проверяя, и Каран прикусил губу.
– Они на месте. Я их не снимал, госпожа медсестра, – ответил он тихо.
– Молодец, – произнесла я с улыбкой.
Звук входящего вызова оборвал связь между нами. Отвернувшись и взяв с тумбочки телефон, Каран посмотрел на экран, а затем обернулся ко мне:
– Ты могла бы дать мне пять минут? Мне нужно ответить.
– Буду ждать внизу, – произнесла я, видя, каким серьезным внезапно стало его лицо.
Я вышла из комнаты. Скорее всего, Каран не питал симпатии к человеку, который ему звонил. Интересно, каким Каран был на работе?
Ты думаешь, что я потеряла способность думать логически?
Спускаясь по лестнице, я чувствовала себя словно пьяная.
И улыбалась как дурочка.
У меня тряслись руки.
Казалось, что здесь была только моя оболочка, а я сама витала далеко в облаках.
– Привет! – сказала я, зайдя на кухню, но там было пусто.
– И тебе привет! – ответила я сама себе и заглянула в холодильник.
Очевидно, тетушки Зулейхи сегодня не было, но на полках лежали контейнеры с готовой едой. Я выложила их на столешницу, достала напитки и поставила рядом.
– Привет.
Услышав голос Арифа, я повернулась. Он выдвинул стул и сел.
– Проголодалась?
– Немного, – пробубнила я. – Тебе положить еду в тарелку? Каран скоро спустится, можем поесть все вместе.
Я переложила еду из контейнера и поставила в микроволновую печь.
– Я не голоден, но не откажусь, – произнес Ариф, и я улыбнулась себе под нос.
Пока я раскладывала еду по тарелкам и поочередно разогревала, Ариф во что-то играл в своем смартфоне. Я отказалась от помощи, потому что мне хотелось себя чем-то занять. Как только я все приготовила и закончила сервировать стол на кухне, появился Омер. Я удивилась, увидев его в костюме, который, как казалось, он так и не снимал со вчерашнего вечера.
– Приятного аппетита… Опять без меня едите, постоянно так. Не стыдно? – сказал он, сев напротив Арифа. Наши взгляды встретились, и я поняла, когда он понурил голову, что в этот раз он не шутил. – Мне обидно…
– Не пытайся заговорить меня! – нахмурилась я. – Разве это не ты не ночевал дома? Как ты мог проголодаться, сейчас же еще полдень? И почему на тебе тот же костюм? Это все из-за вчерашнего? У тебя есть новости? – Я села рядом. – Омер, ты можешь мне рассказать? Пожалуйста? Что произошло?
Я бомбардировала его вопросами, а он так и сидел, не успев вставить ни слова, и добродушно улыбался.
– Если бы я знал, что ты устроишь мне допрос, то лучше бы не приходил. – Он по-дружески ущипнул меня за щеку. – Все в порядке, маленькая птичка. Мне просто нужно кое о чем переговорить с Караном. Да, о том, что случилось вчера, но к тебе это не имеет никакого отношения. Поверь, иначе я бы тебе рассказал.
Мое лицо вытянулось.
– Ладно, я поняла уже, что вы мафия. Но зачем вы все еще этим занимаетесь? Расскажи как есть. Или вы что-то еще от меня скрываете?