Сижу на длинной невысокой скамье. Снимаю с себя грубые ботинки и темно-серые брюки. Надеваю взамен них черные обтягивающие штаны, мягкие кроссовки на тонкой подошве. Одна кроссовка, вторая…
– Эй, Николс, – раздается надо мной голос, – чего это ты сегодня так рано?
Чувствую укол раздражения. Вскидываю глаза.
– Мейс, тебе-то что за дело?
«Лейтенант Мейси Плун» – гласит нашивка на форменной рубашке жгучей брюнетки, подпершей плечом соседний с моим шкафчик. На лице девушки скучающе-презрительное выражение, а руки важно сложены на груди.
Не могу вспомнить, ни кто эта особа, ни что меня с ней связывало, но не сомневаюсь, что подругами мы не были.
А сознание цепляется за серую форму с шевроном на плече – белой буквой «П» в зеленом круге на синем фоне. Я только что сняла точно такую же.
– Да так. – Коллега кривит губы, точь-в-точь как Кайра, когда пытается меня чем-нибудь зацепить. – Слышала, как твой дружок устроил шум в приемной у Старика.
Старик? Это имя? Кличка, прозвище?
Судя по контексту, начальство.
Я из прошлого подскакиваю, так и не застегнув вторую кроссовку.
– Что значит «устроил шум»?
– А я почем знаю? – Ярко-алые губы снова кривятся. – Вроде Старик не хотел его принимать, а он настаивал. – Усмешка. – Что будешь делать, если Валентайн допрыгается и его выкинут отсюда, а? Таскаешься за ним, таскаешься. Как собачонка.
Приходит новое воспоминание: Мейси бегала за Ником, добиваясь его внимания, пока он ее прямо не отшил. Прямо и не слишком-то вежливо.
– От суки слышу, – огрызаюсь я из прошлой жизни. Наконец застегиваю кроссовку, перекидываю одну лямку рюкзака через плечо и быстрым шагом направляюсь к выходу.
– О да, беги на помощь, мамочка, – смеется вслед Мейси.
Замираю в дверях и оборачиваюсь. Ничего не говорю, просто смотрю – и улыбка сходит с алых губ, будто ее стирают тряпкой.
– Отвали от меня, – говорю предупреждающе. – И от Ника – тем более.
Покидаю раздевалку, не дожидаясь ответа.
Говорят же, отвергнутая женщина – та еще напасть. Так к Нику бы и цеплялась. Ему палец в рот не клади – быстро ответит так, что расхочется надоедать, а заодно и повеселит тех, кто окажется поблизости. Но Мейси выбрала своей мишенью меня.
Только она не знает, что девочки из трущоб долго терпят, а потом бьют – без разговоров.
Почти бегом преодолеваю один коридор, другой… Серые стены, полы и потолки с продолговатыми плоскими лампами. Кое-где на стенах красуются все те же эмблемы – белая буква «П» в зеленом круге на синем фоне.
Один поворот, второй…
Память милостиво раскрывается: прежняя я спешит по серым коридорам, а я настоящая уже знает, что Старик на самом деле – мой шеф, полковник Маккален, и злить его точно не рекомендуется. Что Ник творит?
В дверях приемной начальника сталкиваюсь с его секретарем, Ким. Женщина бледная, из обычно идеально лежащей волосок к волоску прически выбилось несколько прядей.
– О бог мой. – Ким закатывает глаза к потолку и широко расставляет руки, преграждая мне путь. – Только тебя тут не хватало.
– Что здесь происходит? – требую на выдохе.
Звукоизоляция здесь гораздо лучше, чем хотелось бы: слышны громкие голоса, но слов не разобрать. Но то, что разговор проходит не на мирной ноте, очевидно.
– Валентайн, как обычно, плевать хотел на субординацию. Вот что происходит, – выпаливает Ким и с силой захлопывает за собой дверь, отрезая от нас звуки, доносящиеся из кабинета Старика. – А меня уволят к чертовой матери за то, что пропустила его к шефу в таком настроении. – И запускает тонкие пальцы в волосы. Теперь понятно, почему у нее такой взъерошенный вид.
– Не уволят, – отмахиваюсь. – Старик суров, но справедлив, а вот Нику может достаться…
– Эмбер, не лезь в это. – Ким шагает от двери вперед – прямо на меня, тем самым вынуждая отступить.
Но я не могу не лезть. У меня вылет на задание на днях, мы долго готовились всей командой. Все думали, что отправится Ник, а Старик выбрал меня. Нутром чую, что дело в этом. А значит, не лезть не могу.
Качаю головой, давая Ким понять, что я ее услышала, но к совету не прислушаюсь, и протягиваю руку к ручке двери.
И тут же отпрыгиваю, потому как дверь рывком распахивается сама.
– Ник, какого?.. – начинаю, но он уже уносится по коридору прочь.
Я сегодняшняя снова не вижу его – на нем толстовка с капюшоном, надвинутым на лицо.
– Потом позвоню, – бросает через плечо и исчезает за поворотом.
– Нас всех уволят, – стонет Ким, прижавшись спиной к стене, будто теряет опору.
– Да прекрати ты, – прошу раздраженно.
Развела панику, будто случился пожар.
Заглядываю в приемную и вижу, что дверь в кабинет шефа приоткрыта. Медлю. Войти или сделать вид, что меня здесь не было?
Сейчас полковник явно зол, поэтому логичнее было бы притвориться невидимкой и исчезнуть.
– Эмбер, зайди! – доносится из-за приоткрытой двери, отрезая мне пути к отступлению.
Чертыхаюсь про себя. Вряд ли шеф читает мысли, да еще и через стены. Значит, поставил камеры в коридоре. Старый параноик.
– А я говорила, – шепчет Ким, делая огромные глаза, и проводит пальцем поперек своей шеи.
Приходит мой черед возвести глаза к потолку.
