- Ладно, как перед моим покровителем Николаем-угодником... Когда мне ваш доктор насовал снотворного или ещё чего там, у меня в полузабытьи все мое прошлое перед глазами прошло, вся моя жизнь. Точнее, три моих жизни. До Чечни, в Чечне и после нее. "До" - исправно служил после училища, получал регулярно медали и звездочки на погоны, нерегулярно - зарплату и довольствие. В Чечне... Впрочем, Анастасия встречала меня в Грозном, когда кровавая похлебка только варилась. Вначале было такое состояние там, как перед ураганом. Сейчас грянуло, ударило и по русским и по чеченцам так, что мало никому не показалось. Ну, а мне вообще выпала страшная карта. Я полюбил чеченку, её звали Магия...
- Почти Мери... Княжна Мери, - пробормотала Настя.
- Нет, - уточнил Уланов, - господин поручик Лермонтов изволили развлекаться, а у нас была любовь - Магия тоже полюбила меня. Я её отбил у наших же пьяных солдат, которые пытались изнасиловать. Трусливые вояки попались - очередь из автомата в воздух и они разбежались. Стал я встречаться с Магией, конечно, так, чтобы никто не засек. Вы ведь даже представить не можете, какая черная ненависть залила и город и людей! И вот в этой вселенской злобе два человека - русский и чеченка - любят друг друга... Стали строить планы, как нам вырваться из этого ада и свою любовь спасти. Магия на все была согласна, она вполне современная девушка, закончила университет и ей, понимаете, очень не хотелось вернуться в средневековье. Решили мы бежать оттуда. Тем более, что воевал я уже два года, был ранен, и когда подал рапорт об уходе в запас, его удовлетворили. Без особого желания, но и без сопротивления - тогда всем и на все было наплевать. Да и танка у меня уже не было, сжег его какой-то недомерок "Стингером". Оставалось всего несколько дней, я уже паковал вещички. И тут какая-то сволочь, я думаю, что это её младшая сестра, злобная фанатичка из тех, что у трупов наших солдат глаза выкалывали, выследила нас и донесла отцу. О, это был страшный грех: мусульманке не убить собаку-русского, а полюбить его! Собрались мужчины тейпа Магии, связали ей руки, вывели на площадь и... забили камнями. Я пытался броситься ей на выручку, но друзья-офицеры спеленали, продержали до первого "борта" на Москву и под конвоем вывезли из Чечни. Спасали меня, так сказать...
- Да-а, - растерянно протянула Настя. - История любви и ненависти...
Кушкин молчал. Он пытался осмыслить услышанное. Рассказанное Улановым не укладывалось в рамки "обычных" житейских драм и сомневаться в его искренности не приходилось.
- А та тройка кожаных, которые напали на тебя, кто они? - спросил Кушкин.
- Дело в том, что мужчины тейпа Магии поклялись уничтожить меня, ибо по их представлениям, и она и я опозорили их род - тейп, а такой позор смывается только кровью. Но это ещё одна история...
- Давай уж выкладывай все, - потребовала Настя.
- В Москве я первое время кое-как держался, были у меня небольшие деньги, однополчане сбросились и сунули на дорогу. Я родом с Урала, но там у меня никого не осталось, родители умерли, старший брат сгинул в Афгане. Словом, податься мне было некуда. Но самое страшное, что вроде бы все живое во мне умерло. Спать не мог, только глаза закрою - вижу Магию, кровь на камнях, собак, обнюхивающих то, что от неё осталось. Ее ведь даже похоронить не разрешали никому - пусть, мол, все видят и знают, какая кара настигает отступников.
Глаза у Уланова были сухие и голос не дрожал - все уже перегорело.
- Пить стал по-черному... Вот и подобрала меня на Тверской одна девица. Отмыла, обогрела - русские женщины, они жалостливые, так я думал. Как в школе учили: увидел человека в беде - протяни ему руку... Но девица не простая оказалась... И познакомила она меня со своим покровителем, то бишь сутенером. Рекомендовала, так сказать. А тот свел с другими парнями, которые держали ночные клубы. Определили меня охранником, учитывая боевое прошлое. Я все время ждал какого-нибудь подвоха, душа предчувствовала, но пил и остановиться не мог... И подставили все-таки. Обчистили одного лопуха-клиента, увели доллары, а свернули на меня. Целую комедию разыграли: вот, нашли вора, заставим вернуть бабки. Мне, конечно, не с чего было отдавать и тогда поставили меня на счетчик. Обычная история. Я смылся, и пошла на меня охота...
- А при чем здесь смуглые? - Кушкину нужны были точные сведения.
- Родственники Магии рыскали в поисках меня по всей Москве. Вышли на братву и те сдали меня, естественно, за кругленькую сумму. Так сказать, перепродали мою смерть.
- Много ты задолжал братве? - спросила Настя.
Уланов в уме подсчитал:
- Что-то около десяти штук баксов.
- Если не отдашь?
- Достанут.
- А вернешь?
- Обещали отпустить с миром.
- Останутся только твои несостоявшиеся родственники?
- С ними я разберусь. Это вам не Чечня, здесь Москва - земля русская. А в родном доме и стены помогают. Магию я им не прощу. По одному буду уничтожать сук...
