Колдун высоко поднял брови и в задумчивости кивнул.
— Гляди-ка, — сказал он, — ведь и у меня в доме тоже с некоторых пор завелся шпион — кот, правда круглый болван. Воображает, что он великий певец. Очень легковерен, прожорлив и тщеславен, в общем, вполне приемлемый характер — во всяком случае, для меня. Было совсем нетрудно сразу же его обезвредить. Я это сделал играючи: обкармливал его и подсыпал постоянно маленько снотворного. Он почти все время дремлет, но очень доволен и счастлив. Этот маленький идиот просто меня боготворит.
— И ни о чем не догадывается?
— Он до того доверчив! Знаешь, что он сегодня учинил? Сам во всем мне признался: и зачем он здесь, и кто его послал. Даже прощения попросил за то, что все это время водил меня за нос. Видела когда-нибудь такого балбеса?
Колдун и ведьма разразились громким хохотом, и это словно взорвало возникшую между ними напряженность. Но хотя это был смех в два голоса, он звучал вовсе не дружно.
Мяурицио в бочке не мог подавить бесшумное всхлипывание. Яков, который как раз собирался сказать что-то очень насмешливое, почувствовал это и тактично отказался от всяких комментариев.
— И все же, — сказала Тирания, которая, вдруг прекратив смеяться, снова стала очень серьезной, — необходима строжайшая осторожность, мой мальчик! То, что к нам домой подсылают шпионов, означает, что Совет Зверей относится и ко мне, и к тебе с подозрением. Я вот только все думаю, чья же это вина, мой мальчик Вельзевульчик?
Заморочит выдержал взгляд своей тетки и ответил:
— Ты меня об этом спрашиваешь? Может, ты сама была слишком легкомысленна, дорогая Тирания? Кто знает, что там у этого ворона в голове творится! Надеюсь, он не испортит моего глупого кота и не внушит ему опасные мысли.
Тирания оглянулась по сторонам:
— Нам надо учинить им допрос. А где они? Куда пропали?
— В кошачьих апартаментах, — ответил колдун, — Я поручил Мяурицио запереть там ворона и стоять на страже под дверью.
— А он выполнил твой приказ?
— Можешь не сомневаться, головой ручаюсь.
— Тогда давай пока это оставим, — решила ведьма. — Успеем еще эту парочку замести. А сейчас мне надо обсудить с тобой нечто более срочное.
Заморочит снова заподозрил неладное:
— И что ж это такое, тетушка?
— Ты еще до сих пор меня не спросил, зачем я, собственно, к тебе пожаловала.
— Ну вот, теперь спрашиваю.
Ведьма слегка отклонилась назад и смерила своего племянника строгим пристальным взглядом. Ага, предстоит семейная сцена — сейчас она устроит ему обычную головомойку. А он это ненавидел: он знал, что за этим кроется нечто совсем другое — какой-нибудь ее новый замысел. Нервно постукивая пальцами по спинке стула, он поднял глаза к потолку и принялся тихонько насвистывать.
— Так вот, выслушай-ка меня внимательно, Вельзевул Заморочит, — начала она. — В сущности, ты обязан мне всем, что сейчас собой представляешь. Это-то хоть тебе понятно? Когда твои дорогие родители — мой зять Асмадей и моя сестра красавица Лилит — трагически погибли вместе с затонувшим кораблем в великой морской катастрофе, которую они сами же и устроили, я взяла тебя к себе, вырастила и воспитала. Ты ни в чем не нуждался, ни в чем тебе не было отказа. Я собственноручно преподала тебе начала столь прибыльной методики мучений зверей, когда ты был еще в самом нежном детском возрасте. Позднее я посылала тебя учиться в различные сатанинские учебные заведения — в гимназию Содома и Гоморры, в колледж Аримана, духа тьмы и зла. Но характер у тебя был не из легких, Вульчик-Вельзевульчик. С юных лет ты всегда был трудновоспитуемым, с первых курсов Магико-Технического университета в Вонебурге ты славился сумасбродством и бездарностью, а я постоянно сглаживала все и защищала тебя, потому что ведь мы с тобой остались последними из нашей большой семьи. Все это стоило мне, как тебе известно, бешеных денег. За твои отличные отметки на экзаменах по высшей дьяволистике ты тоже должен благодарить лишь меня одну, поскольку я использовала для этого все свое влияние как президентша интернационального акционерного общества «Злопром». Я позаботилась и о том, чтобы тебя приняли в Академию черных искусств. Я же ввела тебя в Глубочайшие Круги, где ты смог познакомиться с Его Превосходительством, твоим покровителем, самолично даровавшим тебе свое имя. Короче говоря, я считаю, что ты, как мой неоплатный должник, не можешь отказать мне в маленькой просьбе, исполнить которую тебе абсолютно ничего не стоит.
Губы Заморочита сложились в язвительную улыбку. Раз она пустилась в такие разговоры, значит, собирается как-то его провести.
— А что именно мне абсолютно ничего не стоит? — спросил он, растягивая слова. — Любопытно узнать.
— Ну, это действительно пустяки, и говорить-то не о чем. Среди наследства, оставленного тебе твоим дедушкой Велиалом Заморочитом, если мне не изменяет память, имеется древний пергаментный свиток, метра два с половиной длиной.
Заморочит опасливо кивнул:
