Отель с рестораном на пристани, в котором я забронировала нам номер, находится в небольшом деревенском порту Чентури, царстве отпуска и свободы. Мы заходим в номер, чтобы бросить вещи, и любуемся видом с крошечного балкона. Отсюда открывается вид на порт, лодки, беспечно покачивающиеся на волнах, море и часть деревушки. Чтобы наслаждаться пейзажем, совершенно не нужна шикарная терраса. Правда, могу предположить, что мой отец был бы против, что мы вышли вдвоем на столь хрупкий с виду балкон.
И вот наконец мы шагаем по цветастым улочкам к месту встречи с агентом Лины Натале, в явно популярное среди местного населения кафе.
Тим направляется вглубь зала, где его приветствует человечек лет восьмидесяти, с пухлыми щечками и усами цвета соли с перцем, занятый изучением страниц газеты «Утро Корсики» за старинным столом, который оценили бы фанаты винтажа.
– Месье Гамботти? – спрашивает Тим. – Я Тимоте, а это Марго.
– Вы очень настойчивы! – шутит агент, пожимая нам руки. – Наши художники так активно меня не разыскивали!
Я невольно обращаю внимание, что он говорит об этом в прошедшем времени, однако Тимоте, похоже, ничего не заметил.
– Мы очень спешим и хотели бы узнать побольше об одной вашей художнице, Лине Натале.
Месье Гамботти лукаво улыбается и предлагает присесть напротив него.
– У нас тут есть поговорка, что вы, жители континента, живете по часам, а мы, островитяне, – по времени. Вы тому яркий пример. Сразу к делу!
Я улыбаюсь из вежливости, однако моя нога отбивает ритм по старинной банкетке. Меня измучили поиски и мысли о происходящем, поэтому я решаю перейти сразу к делу.
– Вы ее знаете?
– Я никогда ее не видел, – отвечает мужчина, мгновенно вызывая у меня приступ тоски. – Я ведь на пенсии уже пятнадцать лет, это довольно давно. Предприятие досталось моему сыну.
Я замечаю, как кто-то приближается к нашему столу, и мне вдруг кажется, что это и есть его сын. Однако у меня перехватывает дыхание, когда подошедший спрашивает, что мы будем пить. Судьба решительно играет у меня на нервах.
– Тогда я не понимаю, – нервничаю я, заказав две чашки кофе. – Разве не с вами мой друг говорил по телефону?
– На мне лежат обязанности по офису, именно поэтому я вам и ответил. Мой сын изредка там появляется, но он не в курсе текущих дел. Он сейчас на яхте плывет вокруг острова с друзьями.
Я ошарашенно смотрю на Тима, который умудряется сохранять спокойствие. Какое счастье, что он со мной!
– А скоро он вернется? – пытается выяснить мой друг.
– Послезавтра, если не ошибаюсь. Поскольку я знаю все работы из его портфолио, то согласился на встречу с вами. И еще потому, что у вас такой решительный вид, – прибавляет он, подмигивая.
У меня вырывается глухой вздох. В конце концов, мы приехали не совсем напрасно.
– На самом деле, – поясняет Тимоте, выкладывая на стол фотографию портрета, – мы ищем вот эту женщину. Мы думали, что художник нам расскажет о ней. Однако она по-прежнему сохраняет анонимность…
Месье Гамботти спускает очки с толстыми линзами на кончик носа, чтобы рассмотреть портрет.
– Я знаю эту картину. Она называется «Сила моря», но была написана уже довольно давно.
У меня начинает подергиваться глаз. Сначала ресторан «Морская сила», теперь название картины. Жизнь, похоже, это вереница дурацких шуток. Гамботти с сосредоточенным видом достает из папки какие-то бумаги, а затем смотрит на нас.
– Согласно записям моего сына, это уникальный лот с изображением мужчины или женщины. Как правило, Лина Натале рисует природу. О, гляньте-ка…
– Что там? – я почти кричу.
– Вам повезло, ей как раз сделали предложение по покупке картины несколько недель назад, но сделка еще не завершена.
Мой сердечный ритм возвращается в норму.
– А вы случайно не знаете имени женщины, которая послужила моделью? – выдыхаю я.
– Подождите минутку, что-то я припоминаю.
Он внимательно листает пачку документов. Мои ладони стали влажными. Я пытаюсь успокоиться и прогнать навязчивые мысли, но все тщетно: в голове настоящая революция.
– Мне очень жаль, но в моих записях ничего нет. Тем не менее откуда-то я это помню. Возможно, мой сын сможет помочь, и я попрошу его позвонить вам, когда он вернется.
– Да, пожалуйста. А вы знаете, как найти Лину?
– Конечно, – говорит мужчина так, будто это очевидно. – Вы можете зайти к ней прямо в галерею.
Ладно, американские горки вот-вот закончатся.
– Она владелица галереи?
– Да, в Нонце.
– Нонца, – повторяю я тихонько.
Именно в этой деревне тот музыкант встретил женщину с картины. Мою мать. Все дороги ведут туда.
– Хотите, я напишу вам адрес? – предлагает месье Гамботти и добавляет, что если мы не получим ответов, которые ищем, и останемся здесь, то его сын живет в двух шагах от галереи. Можно спросить в кафе у Башни, его все знают и скажут, где искать. Сына зовут Огюстен.
